• Хочу любимую работу!

    Шесть добровольцев согласились показать на своем примере, как происходит поиск работы в кризис. Кому-то удалось найти работу мечты, кто-то понял, что не готов рискнуть и оставить насиженное место, ну а кто-то до сих пор в поисках.

Все проекты

реклама

Публичный счет


/

Из всех тарифов на услуги ЖКХ, изменившихся в январе, белорусы больше всего обсуждали стоимость отопления. Эта строчка в жировке имеет самый большой вес, даже у тех, кто платит за него по субсидируемым тарифам. Что уж говорить о «полном» тарифе, который только в январе увеличился почти в два раза. «Но это еще что! С января 2010 года этот тариф вырос почти в 10 раз, при том, что долларовая цена российского газа для Беларуси снизилась», — написал в редакцию читатель.

FINANCE.TUT.BY попросил у Министерства экономики объяснить, из чего складывается цена «стопроцентного» отопления и почему она так сильно изменилась. В цифрах условия «задачки» выглядят так.

показатель

январь 2010

январь 2016

изменение,

раз

экономически обоснованный тариф

на отопление, руб за Гкал.

86 894,0

854 710,3

9,84

цена импорта газа для Беларуси,

долл. США за 1000 м3

170,7

144,5*

0,85

средневзвешенный валютный курс,

руб./долл. США

2 874,6

18 991,8

6,61

цена импорта газа для Беларуси,

руб./1000 м3

490 699,2

2 743 999,1

5,59

* в среднем за 2015 г.

Специалисты министерства подготовили для нас развернутый и подробный ответ. Из чего же складывается ценник на «стопроцентное» отопление? «Тарифы на тепловую энергию, обеспечивающие полное возмещение экономически обоснованных затрат, по установившейся практике принимаются на уровне затрат энергоснабжающих организаций ГПО „Белэнерго“, — говорят в министерстве. — Приоритет выбора (…) обусловлен более высокой эффективностью производства тепловой энергии в республике по сравнению с другими производителями (поставщиками)». Радует, что для формирования тарифа выбрали самый щадящий вариант, хотя разница в эффективности между поставщиками теплоэнергии невелика — всего 6,5%.

После информации о том, как о нас позаботились, Минэкономики поясняет, что ряд статей затрат на производство тепловой энергии напрямую зависят от курса доллара: затраты на топливо, вспомогательные материалы (запчасти, комплектующие) и химические реагенты для ремонтно-эксплуатационного обслуживания, не производимые в Республике Беларусь. «Доля только топливной составляющей (в основном — импортируемый из России природный газ) в структуре затрат на полезный отпуск энергии составляет более 70 процентов», — делятся подсчетами специалисты.

Далее следует еще одно обоснование повышения издержек. «Кроме того, в последние годы в рамках программ модернизации произошел ввод новых электро- и теплогенерирующих мощностей в системе ГПО „Белэнерго“. Данное оборудование находится на гарантийном обслуживании зарубежных компаний-производителей, что обуславливает необходимость приобретения по импорту определенной номенклатуры запасных частей (комплектующих) в рамках проводимых плановых (гарантийных) ремонтов и ТО». Возникает вопрос, почему после модернизации издержки выросли и должны ли мы как конечные потребители отвечать своим кошельком из-за неэффективные инвестиционные решения государственных органов.

Поскольку доля топлива (российского газа, за который мы платим в долларах США) в структуре издержек превышает 70%, то на «экономически обоснованный» тариф влияет и курс доллара. Минэкономики поясняет, что для расчета тарифа применяется прогнозный курс доллара: так, в 2015 году при среднегодовом значении обменного курса белорусского рубля к доллару США — 11 300 рублей (такой курс был заложен прогнозом на прошлый год), тариф на отопление не пересматривался даже после того, когда стало понятно, что белорусский рубль обесценился гораздо больше, чем планировалось.

Тариф на 2016 год (тот самый, который вырос почти в два раза) устанавливался исходя из курса 18 689 рублей за доллар (рост к 2015 году — 65,4%).

Когда «экономически обоснованный тариф» будет пересмотрен в следующий раз, не уточняется, но специалисты предупреждают: «Принимая во внимание, что данный тариф применяется в исключительных случаях и составляет незначительную долю в общем объеме платежей населения за тепловую энергию, предполагается и в дальнейшем проводить его изменение в соответствии с параметрами прогнозируемой себестоимости и влиянием объективных макроэкономических факторов (условий)».

Из ответа Минэкономики выходит, что в повышении полного тарифа на отопление виноваты проведенная модернизация и дорогой доллар, за который нам нужно покупать российский газ. Но что получается, если посмотреть на представленные цифры более пристально?

Цена российского газа, пересчитанная в белорусские рубли, выросла с января 2010 года по январь 2016 года в 5,6 раза. Логично предположить, что «газовая» составляющая полного тарифа на отопление должна вырасти точно так же. А полный тариф был повышен за этот период в 9,8 раза!

Если исходить из того, что в январе 2010 года расходы на топливо занимали 70% от «экономически обоснованных» затрат на отопление, то получается, что прочие затраты за этот срок должны были вырасти в 19,7 раза! Такой рост не объяснит никакая модернизация. Не объяснишь это и повышением расходов на оплату труда — средняя номинальная зарплата за этот период выросла в 6,6 раза, курс доллара — тоже в 6,6 раза, потребительские цены — в 4,3 раза. Если же предположить, что и затраты на топливо, и прочие затраты выросли в той же степени, что и сам тариф (в 9,8 раза), то все равно их рост обосновать не получается — и газ дорожал медленнее, и зарплаты выросли в меньшей степени.

Но и это еще не все. Остается неясным, почему при как минимум неизменной долларовой цене российского газа в 2016 году и изменении прогнозного курса доллара на 65,4% «экономически обоснованный» тариф был повышен на 83,4%. Если исходить из 70% затрат на топливо в 2015 году, то получится, что «прочие затраты» должны были вырасти на 125,3%! И это при прогнозируемой в 2016 году инфляции в 12% и ожидаемом росте реальных доходов на 0,5%.

В общем, как ни крути, обоснования цифрам в «экономически обоснованном» тарифе не находится. А ведь именно к нему, по планам правительства, мы должны приблизиться в 2018 году.