Деньги и власть


Андрей Коровайко, /

Прогноз развития банковской системы Беларуси остается "негативным", что отражает значительную неопределенность относительно способности правительства поддерживать контролируемую государством банковскую систему и экономику в целом. Об этом говорится в новом Прогнозе развития банковской системы Беларуси, подготовленном международным агентством Moody's. Значит ли это, что с нашей банковской системой что-то не в порядке? Или это рейтинговые агентства стали гораздо осторожнее, после того как серьезные проблемы появились у западных банков с весьма высокими рейтингами?

О белорусской банковской системе в эфире TUT.BY рассуждал Феликс Чернявский, начальник Научно-методологического центра Ассоциации белорусских банков. 


Внимание! У вас отключен JavaScript, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя.


 
О белорусской банковской системе в эфире TUT.BY говорили с Феликсом Чернявским, начальником Научно-методологического центра Ассоциации белорусских банков.
 
Международные рейтинговые агентства не очень оптимистичны относительно прогноза развития банковской системы Беларуси. Недавно агентство Moody's сообщило, что "прогноз развития банковской системы Беларуси остается "негативным", что отражает значительную неопределенность относительно способности правительства поддерживать контролируемую государством банковскую систему и экономику в целом". Значит ли это, что с нашей банковской системой что-то не в порядке? Или это рейтинговые агентства стали гораздо осторожнее после того как серьезные проблемы появились у западных банков с весьма высокими рейтингами?

Рейтинги банковской системы или субъектов хозяйствования любой страны не могут быть выше, чем ее суверенный кредитный рейтинг. Дело в том, что банковская система находится сейчас в достаточно устойчивом положении, а негативный прогноз характеризует то, что у нас изменяется в целом экономическая ситуация. Проблема заключается в отрицательном сальдо торгового баланса и росте государственного долга. Это значительные суммы: отрицательное сальдо за девять месяцев составляет примерно 6 млрд долларов, и это дает основание рейтинговому агентству говорить о том, что существует некая понижающаяся тенденция возврата долга страной. Такая оценка свидетельствует о том, что возврат долга может быть в пределах 30-50%.

Отрицательное сальдо торгового баланса и внешний государственный долг связаны напрямую? Сальдо складывается с учетом кредитов, которые мы берем?

Естественно, мы должны финансировать эти покупки. Частично мы берем в долг для того, чтобы формировать государственные резервы, а часть берем для того, чтобы закрывать отрицательное сальдо торгового баланса, - это торговое финансирование со стороны зарубежных партнеров. В частности, своп на 6 млрд юаней, проведенный с Китаем: мы размещаем у них белорусские рубли, они у нас – юани, но под эти деньги будут осуществляться торговые сделки – мы уходим от расчетов долларами.

Проблема оценки Moody's заключается не в банковской системе, а в экономике страны в целом. Вы прочли формулировку, где говорится о том, что сокращаются возможности государства в финансировании банковской системы. Во-первых, банковская система все больше отходит от финансирования государством, от того, чтобы государство вкладывало средства в уставные фонды банков. Так, у нас было четыре государственных банка, а сейчас БПС-Банк является дочерним банком российского Сбербанка. Нашему государству не надо финансировать этот банк и вносить деньги в уставный капитал.

Но здесь говорится не столько о форме собственности, сколько о том, что банковская система подконтрольна государству.

Естественно, банковская система подконтрольна государству – все банки подконтрольны государству, потому что они работают по законам, которые созданы и существуют в Беларуси.

Наша банковская система больше подконтрольна государству, чем в любой другой стране?

Я не считаю, что она больше подконтрольна. Но есть три крупных банка, которые принадлежат государству. Это является основой контроля государства, ведь собственником является государство. Ежели собственником является иностранный инвестор – а у нас уже девять банков со стопроцентным иностранным капиталом, - естественно, государство туда деньги вкладывать не будет. У нас 14 банков, в которых более 50% капитала принадлежит иностранным инвесторам. В данном случае зависимость банковской системы от финансирования государством снижается, а расширяются возможности по привлечению иностранного инвестирования. В ноябре состоялся инвестиционный форум во Франкфурте-на-Майне, где Белинвестбанк заключил предварительные договоры о том, что продаст до 25% своих акций иностранному инвестору. Возможно, это будет продолжаться и дальше.

Но капитализация нашей банковской системы достаточно высокая относительно нормативов – более 19% при нормативе в 8%. Капитализация в два раза выше, поэтому с этой точки зрения банковская система является устойчивой. Что касается негативного прогноза, то это говорит только о том, как клиенты банков, в первую очередь, юридические лица будут возмещать свои задолженности по кредитам перед банком. Здесь есть определенные трудности, и проблемные активы, подверженные определенному риску, достигают у нас чуть больше 4%.

То есть Moody's переживает, что экономическая ситуация в стране в перспективе не позволит населению возмещать долги по кредитам банкам, и банковская система пойдет на минус?

Нет, такого не может быть. Есть, конечно, проблемы у юридических лиц с развитием экспорта. Если мы возьмем последние отчетные данные за январь-сентябрь этого года, то наш экспорт в физическом выражении не увеличился, а рост на 17% достигнут за счет повышения цен на мировых рынках. У наших предприятий есть очень большой пласт работы. Что касается населения, то, во-первых, в государстве решаются социальные вопросы, повышается заработная плата, и платежеспособность населения не вызывает сомнения. Но долго так продолжаться не может: в конечном счете, если будут плохо работать предприятия, то и жизнь населения ухудшится. Каждое предприятие, каждый член общества должен стараться работать лучше с тем, чтобы и жить лучше, а не ждать каких-то подачек от Бога или заграницы.

Экспертов беспокоит качество активов белорусских банков, при этом белорусские эксперты говорят, что плохие кредиты сейчас составляют 4-5%, что не так и много. Есть ли в банковских кругах беспокойство относительно качества активов?

Банки всегда серьезно относятся к управлению кредитными рисками. Работа ведется и с залогами – кредиты выдаются под определенные бизнес-планы. Государству нужно поддерживать предприятия в определенные моменты, чтобы жизненный уровень работников не снижался. С другой стороны, банки серьезно подходят к обеспеченности кредитов. Возможно, многие клиенты обижаются, что банки не выдают кредиты, отказывают, но если клиент не может обеспечить возврат кредитов, естественно, банк с ним работать будет очень осторожно.

На следующий год основными направлениями денежно-кредитной политики предусмотрено, что проблемные активы могут достичь 8%. Национальный банк и банковское сообщество прогнозируют, что такая ситуация возникнет. Но это отнюдь не грозит дефолтом банковской системе, ситуация контролируемая. Естественно, будет продолжена работа по наращиванию банковского капитала, который в случае возникновения каких-то ситуаций будет являться страховым резервом для возврата средств клиентов, которые внесли депозиты в банк. Тем более, что по итогам девяти месяцев прибыль банковского сектора превысила 1 триллион рублей и значительно увеличилась по сравнению с таким же периодом прошлого года. Это значит, что эти деньги будут внесены в собственный капитал банков и послужат обеспечением надежности банков. Поэтому 8% проблемных активов, которые основными направлениями денежно-кредитной политики определены как предельная величина, будут закрываться ростом банковского капитала и созданием соответствующих резервов на покрытие возможных убытков.

Насколько заметно во время кризиса банки скорректировали свою кредитную политику? Поменялись ли подходы к кредитованию, требования к заемщикам?

У нас создан и достаточно эффективно начал работу Государственный реестр кредитных историй.

Кто им управляет, кстати?

Прежде,чем был принят закон о кредитных историях, этот вопрос достаточно серьезно обсуждался, изучался зарубежный опыт. Наша страна небольшая, нам не нужно много кредитных бюро. Нам нельзя допустить того, что информация из кредитного бюро распространялась неконтролируемо, что возможно в коммерческих структурах. Поэтому на Консультативном совете в Национальном банке было принято решение о том, что мы создадим государственное бюро кредитных историй, которое будет находиться в спецуправлении Национального банка. Из этого реестра могут получить данные только те банки или юридические и физические лица, которые являются заемщиками, которым такой доступ уместен, чтобы банковская тайна и тайна юридического, физического лица была полностью обеспечена. В данном случае добросовестные заемщики-кредитополучатели всегда пользуются доверием банковской системы. Когда у кого-то возникают проблемы с возвратом или уплатой процентов, к такому кредитополучателю банки относятся более внимательно, жестко, предъявляя им большие требования. Те, кто получает кредиты, должны иметь хорошую репутацию, и тогда условия их кредитования будут более приемлемыми.

То есть кроме банковской истории на этот процесс ничего не влияет?

Еще есть возможность страхования – жизни, временной нетрудоспособности, и это тоже будет способствовать большему доверию со стороны банка к кредитополучателю. Возможны различные подходы, но наши банки руководствуются международными нормами, стандартами, которые применяются во всех развитых странах.

Fitch Ratings в октябре повысило до уровня "В" долгосрочные рейтинги дефолта эмитента трех госбанков – Беларусбанка, Белагропромбанка и Белинвестбанка. Прогноз по рейтингу банков с российским капиталом изменен с "негативного" на "стабильный". В чем причина оптимизма Fitch?

Я думаю, Fitch, в первую очередь, смотрит на то, что наши банки внедряют новые технологии, развивают новую продуктовую линейку, обеспечивают рост доходности и формирование собственного капитала больше за счет получения прибыли, зарабатывания собственного капитала. Это другие параметры, которые свидетельствуют о надежности работы банков, поэтому конкретным кредитным учреждениям установлен, я думаю, заслуженный рейтинг. Кроме того, российские банки подпитываются ресурсами своей страны, и часто эти ресурсы оказываются дешевле, чем внутренние белорусские. На рынке развивается конкуренция, и тот, кто в конкурентной борьбе предлагает более приемлемые условия и побеждает, тот и получает более высокие рейтинги.

Значит ли это, что Fitch и Moody's пользуются разными критериями?

Каждое рейтинговое агентство пользуется собственной методологией установления кредитных рейтингов. Эта методология не всегда полностью раскрывается, хотя общие принципы публикуются: это и оценка по каким-то внешним финансовым показателям, и в то же время берется интервью, изучается конкретная ситуация, проводятся специальные опросы в кредитных учреждениях. В этом и заключается важность того, что банки хотят получить и рейтинг Fitch, и рейтинг S&P, и рейтинг Moody's – то есть разные взгляды на конкретный банк. В данном случае этот пресс-релиз, который опубликовало Moody's, не раскрывая пока всего анализа, связан со всей банковской системой, а вся банковская система связана с экономикой, это обратная сторона медали: с одной стороны – товарные потоки, с другой – денежные. Если прогнозируется увеличение долга в связи со снижением платежеспособности экономики, то они и ставят такую негативную оценку. Хотя если мы возьмем отдельные кредитные учреждения, то, с нашей точки зрения, прогноз стабильный.

К концу года, а также в связи с грядущими выборами у населения обостряются девальвационные ожидания. Стоит ли беспокоиться населению, особенно рублевым вкладчикам?

Существует указ президента – никто его не отменял – о том, что государство в случае дефолта отдельного банковского учреждения берет на себя обязанность вклады возвратить. У нас есть государственные резервы, и они увеличиваются. Кроме того, сейчас появился новый инструмент – проведение свопов: в том государстве, с которым проводим своп, мы размещаем наши рубли и получаем национальную валюту той страны, с которой мы торгуем. Мы уходим от расчетов в долларах и приходим к расчету в национальных валютах. С Китаем наша страна заключила договор-своп в размере 6 млрд юаней, что по кросс-курсу составляет около 1 млрд долларов. Насколько мне известно, планируется заключение таких сделок и с Украиной, Польшей, Литвой. Это дает возможность уйти от девальвационных ожиданий, от роста спроса на доллары. Давление со стороны импортеров на доллар уменьшается, и тогда курс доллара остается стабильным.

Можно говорить о курсе доллара, и Нацбанк тоже утверждает, что доллар по отношению к рублю к концу года понизится, но у нас есть корзина валют. Что будет с евро, с российским рублем?

Ситуация с евро и российским рублем будет зависеть от тех соотношений, которые будут складываться на мировых рынках. Здесь будет оцениваться взаимное движение валют. Кроме того, мы заинтересованы в том, чтобы заключать двусторонние свопы со странами, которые ввели евро. Высока вероятность заключения сделки-своп с Польшей, которая ведет расчеты в евро.

Будет девальвация или нет? Если будет, то когда? Как долго ее еще не будет благодаря действиям нашего государства?

Я не Господь Бог и не руководитель государства, поэтому не могу прямо ответить на ваш вопрос. Но для поддержания стабильности белорусского рубля относительно доллара и евро проводится такая работа. Естественно, если своповые сделки будут удачно развиваться и будут удачно осуществляться договоры, то в ближайшее время ожидать таких потрясений не стоит. Все зависит, в первую очередь, от того, как мы будем работать, как будут работать предприятия. Наша главная забота – продвигать нашу продукцию на экспорт, если мы хотим импортировать, получать что-то из-за рубежа, участвовать в международном разделении труда, повышать эффективность производства, а не вести натуральное хозяйство. Мы должны думать о том, как продавать нашу продукцию, производить высококачественные изделия. Я не говорю о высокотехнологичной продукции – это достаточно сложно, но о такой простейшей продукции, которая может достаточно хорошо реализовываться на внешних рынках, как изделия легкой промышленности. Надо работать. Часто получается так, что хочешь в магазине купить белорусское, но, к сожалению, качество его такое, что душа требует заморского. Никто за нас ничего не сделает – надо думать самим и серьезно работать. Надо проводить приватизацию: собственники работают, в первую очередь, на результат. Другое дело – наемный рабочий: он, как и чиновник, думает о том, как эффективнее продать свою рабочую силу, думает о себе. Но для этого существует система стимулирования, другие подходы для того, чтобы улучшая работу предприятия, вы получали больший заработок. Никто не отменял моральные и материальные стимулы, но руководство должно быть собственником предприятия, чтобы думать о том, как эту продукцию продать, а не производить на склад. 
 
Нужные услуги в нужный момент