КУРСЫ ВАЛЮТ
Для физических лиц
Для бизнеса
Банки
Карточки  
Кредиты
Продай свой кредит
Вклады
Экономические показатели
Сервисы
Платежи в интернете
Переводы с карты на карту
Налоговый калькулятор
Калькуляторы
Каталог компаний
Домашняя бухгалтерия

Публичный счет


Ольга Лойко,

Во время валютного кризиса страховщикам пришлось совсем не сладко: взносы в основном поступали в рублях и по курсу Нацбанка, а вот затраты при наступлении страхового случая росли, опережая самый рыночный курс (одни цены на автозапчасти чего стоят). Подсчитывая "цену" кризиса, страховщики осторожно планируют свое будущее, ждут все откладываемую либерализацию, готовятся к работе на свободном рынке ЕЭП, внедряют новые технологии.

Кризис: удар по резервам и "нарисованная" прибыльАвтогражданка: дорого, но мило?В ожидании ЕЭП: в открытом рынке можно не выплытьБрокеры: борьба за место на рынкеВпереди непростой год



О том, чем рискуют страховщики в работе в Едином экономическом пространстве, как вырастут тарифы на автогражданку и какими "пряниками" белорусам постараются компенсировать этот рост, можно ли застраховаться онлайн и как выбрать оптимальный страховой продукт, в студии TUT.BY говорили участники круглого стола "Проблемы, тенденции, перспективы развития страхового сектора в Беларуси": генеральный директор Белорусской ассоциации страховщиков Ирина Мерзлякова, заместитель генерального директора ЗАСО "Кентавр" Геннадий Толкач, начальник управления методологии, организации и актуарных расчетов Белорусского бюро по транспортному страхованию Раиса Александрович и директор ООО "СтрахЭкспертГрупп" Андрей Данильчик

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (23.05 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать видео

Кризис: удар по резервам и "нарисованная" прибыль

Легальному бизнесу множественность курсов далась достаточно сложно. Как выживали страховщики? Чего это стоило отрасли?

Ирина Мерзлякова: Страховая отрасль в кризис подставила свое плечо гражданам. Тарифы по обязательному страхованию гражданской ответственности были установлены в евро. В ситуации множественности курсов страховщики могли считать тарифы только по курсу Нацбанка. А, к примеру, в автостраховании все завязано на импорте, и при выплатах в стоимость детали уже были заложены реальные курсы. Получалась так называемая финансовая дырка, которую страховщики компенсировали за счет своих резервов. С нашей стороны не было попыток применять огромные коэффициенты, чтобы повысить свои доходы, как это делали многие. Поэтому в кризис страховщики работали в убыток.

В наследство от повышения курса мы получили курсовые разницы. На сегодняшний день страховой рынок испытывает такие же проблемы, как и банковский рынок. Огромная курсовая разница показана как внереализационный доход, который влияет на финансовый результат и дает большую прибыль, которую мы называем бумажной.

Нужно понимать, что страховая и банковская отрасли отличны от промышленной. У нас есть требования уставного капитала: по законодательству 1 млн евро обязан быть в денежном выражении на каждую отчетную дату. Сегодня пришло много иностранных инвесторов, которые внесли деньги в уставной фонд в валюте. От этих лежащих денег, которые не имеют права работать в обороте фирмы, получилась огромная курсовая разница. Это подрывает инвестиционную привлекательность страховой отрасли. Страховщикам придется заплатить налог на прибыль с бумажных доходов, а фактически денег не заработано, поэтому придется продавать свои вложения.

А увеличился ли спрос на страхование? Слышала, что в преддверии выхода на единый курс многие побежали страховаться – ведь тарифы считали еще по нацбанковскому курсу. И страховка была практически единственным активом, который можно было приобрести по старому курсу.

Геннадий Толкач: Курсовая разница сильно отразилась на договорах страхования, которые были заключены ранее, до выхода на единый курс. Многие страхователи до осени старались страховать свое имущество в белорусских рублях. В связи с тем что курс резко возрос, реальная стоимость имущества в валютном эквиваленте уменьшилась. В первую очередь это касается транспортных средств. Реально стоимость машины уменьшилась в два - два с половиной раза. Стоимость ремонта данных транспортных средств на фирменных СТО практически равна стоимости самого транспортного средства. Возникали неудобства как для страховых компаний, так и для клиентов.

А выход?

Геннадий Толкач: Выход находим. Очень многие страховщики общаются с клиентами, шлют уведомления, звонят с просьбой об увеличении страховой суммы до реальной стоимости транспортного средства.

Но все это решается индивидуально. То есть какой-то общей схемы пересчета, коэффициента нет?

Андрей Данильчик: Это же добровольное страхование. Каждый страхователь вправе увеличить стоимость объекта или полиса. Геннадий рассказал про имущественное страхование, но то же самое творится в личном страховании. Страховщики жизни здесь, думаю, наиболее пострадавшая сторона, особенно в части корпоративного страхования дополнительной пенсии и жизни. Предприятия платят установленные суммы в белорусских рублях, страховые суммы формируются в белорусских рублях, законодательство по отнесению взносов на себестоимость не менялось (одна базовая на человека - 35 тыс. рублей в месяц, и 70 тыс. - по пенсии). Но раньше 35 тыс. – это было 10 долларов, а стало - 5 долларов. То есть если у меня полис страхования от несчастных случаев на 15 млн, и что-то случилось до девальвации, это было около 7 тыс. долларов, а сейчас это 3 тыс. долларов.

Но это добровольное страхование, поэтому каждый страхователь вправе что-то изменить. Он может увеличить сумму страхования или работать в рамках ранее заключенного договора.

Автогражданка: дорого, но мило?

Давайте затронем и обязательные виды страхования и тарифы. И до проблем с курсом были жалобы страховщиков, что тарифы установлены на заниженном уровне. Как я понимаю, все еще усугубилось.

Раиса Александрович: Необходимость увеличения страховых взносов по автогражданке возникла еще в 2009 году, когда рентабельность страховых организаций стала отрицательной. Это было связано с тем, что размеры страховых взносов не поднимались с момента введения данного вида страхования. Они были увеличены по отдельным видам транспортных средств. В 2008 году было снижение страховых взносов по большинству видов транспортных средств. Для легковых автомобилей с объемом двигателя 2500 куб. см взносы вообще не поднимались.

Парк транспортных средств в республике увеличился, отсюда увеличилось количество страховых случаев и сумм выплат. В 2001 году количество страховых случаев составило 30 тыс., в 2010 году оно увеличилось в 2,5 раза. Естественно, увеличилась стоимость транспортных средств, отсюда выросла стоимость материалов и запасных частей, которые необходимы для восстановления поврежденного транспортного средства. Увеличилась стоимость услуг СТО, что повлекло за собой неоднократное увеличение стоимости нормо-часа работ. Все это в 2010 году по сравнению с 2000 годом привело к увеличению суммы страхового возмещения в 24 раза.

Динамика наблюдается ежегодно, и она не снижается. В 2010 году по сравнению с 2009 годом прирост страховых взносов составил 10,3%, количество страховых случаев увеличилось на 18%, сумма страхового возмещения возросла на 33,7%. Естественно, Белорусское бюро не могло оставить без внимания опережающий темп роста суммы страхового возмещения над темпами роста страховых взносов. Мы являемся организатором проведения обязательного страхования гражданской ответственности и понимаем важность сохранения платежеспособности страховых организаций и обеспечения принятых ими обязательств по защите имущественных интересов граждан и организаций.

Поэтому совместно со страховыми организациями мы разработали решение в виде проекта указа об увеличении размера страховых взносов. Учитывая социально-экономическую ситуацию в стране и платежеспособность населения, речь об увеличении страховых взносов в разы не идет. Но насколько они будут увеличены, говорить еще рано, поскольку данный проект находится на согласовании в органах государственного управления.

Учитывая социальную ориентированность данного вида страхования, мы понимали, что, чтобы взять что-то у людей, надо им что-то дать. Поэтому мы предусмотрели увеличение лимитов ответственности с ныне действующих 10 тыс. евро до 15 тыс. по имуществу и до 20 тыс. за вред, причиненный жизни и здоровью. Кроме того, мы предлагаем снять ограничения по лимитам ответственности при наличии в одном ДТП нескольких потерпевших. Сегодня он ограничивается трехкратным лимитом ответственности, то есть 30 тыс. евро, а если причинен вред жизни и здоровью, то 60 тыс. евро. Исходя из практики европейских стран, где этих ограничений нет, мы предлагаем их снять.

Также мы предложили изменить порядок выплаты страхового возмещения, другими словами, определения размера вреда на выбор потерпевшего. Сегодня определение размера вреда производится расчетным методом, исходя из нормо-часа работ, утверждаемых Белорусским бюро. Этот вариант мы решили оставить, и наряду с ним мы предлагаем направлять поврежденное транспортное средство страховщику на станцию СТО. Этот вариант является оптимальным, потому что потерпевший не будет тратить время на поиски СТО и деньги на ремонт транспортного средства - за него это сделает страховая организация. Более того, ремонт будет осуществлен легально в соответствии с предъявляемыми требованиями. Это предполагает уменьшение числа нелегальных мастерских. На СТО увеличится количество работ, что увеличит платежи, предусмотренные в бюджет.

Проект документа уже согласован?

Раиса Александрович: Он на стадии согласования.

Андрей Данильчик: То есть будет оплачиваться фактический ущерб. А клиент будет что-то доплачивать?

Раиса Александрович: Нет, клиент будет обязан лишь направить транспортное средство на указанное страховщиком СТО и потом забрать отремонтированное. Если клиенту захочется обновить детали, которые можно заменить, он будет делать это за свой счет.

Андрей Данильчик: То есть он оплатит разницу между счетом СТО на новую деталь и тем, что готово оплатить бюро или страховщик по полису гражданской ответственности.

По обязательному страхованию, даже если тарифы будут повышены, платить придется. Но есть еще добровольные виды страхования. Снизилось ли за это время количество желающих застраховаться по добровольным видам?

Геннадий Толкач: Незначительно. Большинство клиентов страховались из-за того, что приобретали автомобили в кредит, и одним из условий банка было страхование транспорта. Общий поток клиентов в 2009-2010 годах возрос, до середины года этот поток не уменьшался, сейчас он снижается. Клиенты, которые не хотят продлевать договоры страхования, ссылаются на то, что у них нет денежных средств, чтобы платить страховку. Хотя востребованность у данного вида страхования есть.

Многие страховые компании поднимают тарифы. Это связано со стоимостью ремонта на СТО, стоимостью запасных частей. Я думаю, что в ближайшее время будет подъем страховых тарифов по наиболее рисковым видам страхования.

Но очень много клиентов обращается в страховые компании и, несмотря на кризис, хотят страховать свое имущество. Они защищают свое имущество и при этом не обращают внимания на определенные условия по тарифной политике. Они готовы платить деньги.

Андрей Данильчик: Мы с коллегами недавно собирались и обсуждали этот вопрос. Все отметили, что на нынешний момент заявлять о резком снижении количества договоров страхования не приходится. Клиент стал большее внимание обращать на наличие скидок или ограничения договоров. Судя по нашим портфелям, отказы единичные. Люди продолжают страховаться. Но это не значит, что если ситуация не будет улучшаться в ближайшее время, то динамика не изменится.
Страхование стало одним из моментов, когда в сложный период можно вложить национальную валюту, оплатить страховку, потому что стоимость страхования значительно ниже того, что может произойти. Люди прекрасно понимают, что они могут сэкономить 500-800 тыс. руб., но в случае ДТП должны будут заплатить запредельную стоимость запчастей. Поэтому пока ситуация в целом стабильная.



В ожидании ЕЭП: в открытом рынке можно не выплыть

Плавно мы подошли к планам на перспективу. Многие годы в Беларуси по инстанциям ходит проект указа о либерализации страхового рынка, о допуске на рынок обязательных видов страхования частных компаний. Кроме того, мы вступили в ЕЭП, хотя до сих пор не знаем, какие последствия для финансового рынка это будет иметь. Чего ожидать?

Ирина Мерзлякова: Касательно указа вы правы, мы давно его ждем. Сегодня это уже реагирование на вызов времени: нам просто необходимо изменение законодательства, потому что за эти два года все поменялось кардинально.

А про ЕЭП на сегодняшний день сложно сказать, как все будет работать. Но российский страховой рынок фундаментально отличается от белорусского. Там равные условия для всех субъектов хозяйствования, у нас рынок трехуровневых преференций. У них больше свободы в ценообразовании страховых полисов. Нас больше регулируют.

Честно говоря, я не представляю, как мы будем работать в Едином экономическом пространстве. На сегодняшний день на территории Республики Беларусь запрещена продажа полисов других страховых компаний. Но если мы делаем аналог Европейского союза, то там открытость говорит о том, что любая иностранная страховая компания может прийти в другую страну. Например, итальянская компания может прийти в Австрию, зарегистрироваться и открыть свой филиал. Я не думаю, что нам будет хорошо, если любая российская компания придет в Беларусь, зарегистрирует свой филиал и будет продавать свои полисы. Объективно они мощнее нас, они более агрессивны.

Но с созданием ЕЭП возможность для входа на наш рынок у них появится?

Ирина Мерзлякова: Я не знаю, я лишь предполагаю. Если это аналог Европейского пространства, то должен работать такой механизм. На сегодняшний день он неприемлем для белорусского страхового рынка, потому что мы не можем конкурировать с огромным российским страховым рынком. Я уже не говорю о том, что мы абсолютно разные. Я думаю, что законодательный проект, которого мы все ждем, обязан быть принят, потому что нам надо хотя бы приблизительно сравнять условия с российскими и казахстанскими страховщиками.

Сложившаяся на страховом рынке модель хороша для закрытого рынка и экономики. Но если мы говорим, что мы становимся открытыми, должны работать другие механизмы. Иначе мы однозначно проиграем.

Андрей Данильчик: Нельзя сказать, что прямо завтра российские страховщики пойдут в Беларусь. Это небыстрый процесс. Страхование не приемлет резких движений. Допустим, нам дадут время - два года. Как мы сможем ликвидировать дисбаланс уставных капиталов? Первый десяток российских страховщиков приходит сюда, и рынок их. Я надеюсь, наше руководство понимает эти вопросы, и не будет движений, не согласованных с рынком. Но временные лаги, которые нам могут дать, могут не спасти.

Приведу наглядный пример на рынке таможенных брокеров. По линии Таможенного союза предложили уровни финансовой гарантии в 1 млн евро или страховку на эту сумму. Все это стоит денег, и таможенному агенту за покрытие единовременно надо выплачивать от 20 до 40 тыс. евро. Установленный уровень - не белорусский. Для российских таможенных оформителей он приемлем, но наши брокеры столкнулись с определенными сложностями. Часть субъектов хозяйствования закрывается, потому что они не справляются. И что будет с рынком?

Брокеры: борьба за место на рынке

Кстати, страховых брокеров в Беларуси тоже пока не много? Почему так медленно приживается?

Андрей Данильчик: В этом году институту страхового брокерства будет 15 лет, если смотреть по дате выхода нормативного акта. Но, по большому счету, брокерское сообщество только-только начинает формироваться. Рынок брокеров пока не настолько силен, как в странах Западной Европы: там через брокерский канал продаж приходит от 10% до 70% премий.

А у нас?

Андрей Данильчик: Если брать совокупную премию, то 0,5%. Если убрать обязательно страхование, около 1%. Хотя портфели отдельного брокера в конкретной компании могут быть несколько выше – 3-5%. Этому есть ряд исторических, законодательных причин. Сейчас законодательство по части брокеров в целом стабильное и достаточно корректное. В принципе, теперь брокерам можно работать, хотя остается ряд вопросов, в той же части обязательного страхования. Мы подавали предложения, чтобы брокерам вернули право на обязательное страхование. Получается, что брокер – это страховой супермаркет, но в нём не хватает товара первой необходимости.

Мы могли бы также предложить включить брокеров в страхование крупных рисков. Есть постановление Совмина о закупке страховых услуг - по сути, страхователем проводится страховой тендер, и он выставляет определенные критерии, как правило, ценовые. А страхование – это не только тариф, это все в комплексе. Нельзя покупать страховку как тариф, иначе ты можешь напороться на пробелы, которые окажутся тебе потом дороже той разницы в несколько процентов.

В России проводится тендер брокеров, выбирают того, кто будет организовывать тендер по страхованию объекта. Государство и страховщики должны опираться на профессиональных страховых посредников. Рынок заполнен псевдопрофессиональными структурами. Страховки продаются - где только можно: в турфирмах, у автодилеров, у грузоперевозчиков. Но люди не понимают, что они покупают. Мы часто консультируем людей по поводу обязательного страхования: они не различают, что такое обязательный и комплексный договор. Есть стандартные продукты, которые можно выкинуть в интернет, но никто не отменит живого человеческого общения при страховании относительно сложных и непонятных для страхователя видов страхования.

Вы сейчас в основном работаете с физлицами или с юрлицами?

Андрей Данильчик: В отличие от своих европейских коллег мы работаем в основном с физлицами. На Западе рынок брокеров – это рынок перестрахования, чего у нас нет. Белорусские брокеры не могут заниматься международным перестрахованием. Это нонсенс. Брокер на Западе также занимается и корпоративным страхованием. У нас все сложилось иначе.

В проекте указа, о котором мы говорили, есть какие-то пункты, касающиеся брокеров?

Ирина Мерзлякова: Насколько мне известно, там есть норма, которая позволит брокерам осуществлять международное перестрахование. Но как это будет на выходе, увидим.

Андрей Данильчик: Накопилось много изменений существующего законодательства, и государственные органы усугубляют ситуацию, не принимая эти изменения. С 1 января 2011 года наша деятельность не является лицензируемой. А определение брокера еще старое. В случае страховщиков проблем еще больше.

А сами страховые компании с брокерами хотят работать?

Геннадий Толкач: Конечно, мы с ними активно работаем. Могу сказать, что с ними очень приятно работать с точки зрения профессионализма и с точки зрения отношения клиентов. Брокеры компетентны практически по всем видам страхования, они квалифицированно могут все объяснить клиенту, который хочет застраховаться в той или иной компании. В отделе регулирования убытков меньше всего проблем с теми клиентами, которые страхуются через брокеров. Они уже знают, как они будут получать страховые возмещения и что им делать, как наступает страховое событие.

Андрей Данильчик: У нас классическая схема: есть агент – представитель страховой компании, и есть брокер, который играет на поле клиента. Возможно, со временем мы придем к тому, что будет определяться профуровень страхового посредника. Он будет ценен не своим названием, а уровнем финансовой гарантии. Мы пытаемся добиться, чтобы у каждого был полис профессиональной ответственности страхования на приличную сумму. Возможно, стоит ввести уставный капитал для брокеров.

На рынке у нас большое количество страховых компаний, есть и брокеры, но все это сосредоточено в столице. А потребности в страховых услугах есть везде. Насколько они сейчас доступны в регионах? И насколько современные технологии помогают приблизить этот продукт?

Геннадий Толкач: Наша страховая компания представлена практически во всех регионах Беларуси. Есть сотрудники с определенной квалификацией, которые занимаются страхованием напрямую в регионах. Я считаю, что будущее за онлайн-страхованием. Наша компания активно сейчас им занимается. Наряду с оплатой наличными деньгами страховые платежи можно оплачивать через интернет-банкинг. На сайте можно заказать полис, и на сегодняшний день клиенты активно страхуются через интернет, оплачивают страховку через сайт по банковской карточке. Эта услуга действует круглосуточно. В интернете цену указывает сам клиент. Потом специалист компании проверяет эту стоимость, если она устраивает, заключается договор. Если нет, согласие достигается путем переговоров.

Андрей Данильчик: Конечно, в регионах пока не удалось достичь такой плотности страховых услуг, как в Минске. Офисы госкомпаний, занимающихся обязательными видами, в регионах есть - машины ведь есть везде. По законодательству, они обязаны иметь офис в областных центрах. Многие пошли дальше и имеют офисы еще и в крупных районных центрах.

Если удастся принять изменения, о которых мы сегодня говорили, то представительство усилится. Компании, которые захотят присутствовать в обязательном страховании, либо возобновят свои офисы, либо расширят деятельность действующих, либо откроют новые. Потом, возможно, наше брокерское сообщество сформируется и будет предлагать страховщикам услугу мобильного офиса или офиса в регионе. Сделать брокерское представительство в каком-то городе значительно дешевле, чем содержать три-четыре офиса нескольким компаниям. Но это вопрос не сегодняшнего дня.

Впереди непростой год

На ваш взгляд, каковы перспективы на ближайший год?

Ирина Мерзлякова: Сложно строить какие-то прогнозы. Страховые компании говорят, что 2012 год, по-видимому, будет сложнее, чем нынешний год. Это связано с тем, что страхование всегда идет вторым эшелоном: если какие-то проблемы в целом в экономике проявляются сейчас, то на страховщиков они действуют отложено. Возможно, эти проблемы мы ощутим в 2012 году.

Также придется заплатить огромные налоги на прибыль, которая образовалась не за счет деятельности. И нельзя сказать, что будет приток клиентов. В основном частные страховщики планируют прирост порядка 10%. Понятно, что большого страхового бума, который был когда-то, уже не ожидается. Главное сохранить свои позиции так, как есть, с небольшим приростом.

Видимо будут проблемы в личном страховании, но страховщики здесь не виноваты, потому что в целом доверие населения к рублю упало. Теперь люди будут задумываться, делать ли им долгосрочные накопления. Поэтому здесь страховщикам придется проявить удивительную смекалку, внедрять новые технологии, чтобы привлечь клиентов. В целом в 2012 году падения не будет, мы останемся на том же уровне, но, возможно, нам будет сложно.

Ожидать наплыва инвесторов, наверное, тоже не стоит.

Ирина Мерзлякова: Пока не будет изменений в законодательстве, инвесторов не будет. А те инвесторы, которые уже есть, не будут инвестировать. Все ждут, что страхование жизни либерализуется. Это даст толчок, потому что тогда могут прийти иностранцы со своими капиталами, технологиями. Все ждут, что автогражданку отдадут частникам.

Геннадий Толкач: Хотелось бы, чтобы нас услышали законодатели, потому что проблем очень много. В законодательстве, связанном со страховой деятельностью, очень много противоречий. Хотелось бы, чтобы нам разрешили применять электронный полис. Страховщики давно поднимают этот вопрос, но пока этого нет. Хотя страхование через интернет с помощью электронного полиса существует практически во всём мире.

Раиса Александрович: В случае принятия указа и передачи страховщикам права заниматься автогражданкой мы усилим свое внимание и контроль за тем, чтобы со стороны страховых организаций выполнялись все обязательства. Одной из важнейших целей является защита интересов потерпевших людей. Мы не думаем, что уменьшится количество заключенных договоров, потому что это обязательное страхование, и за отсутствие договора предусмотрена ответственность. Кроме того, выплаты в данном случае осуществляет Белорусское бюро, которое имеет право предъявить требования финансового характера к лицу, не имеющему договора.

Уровень охвата на сегодняшний день составляет 97%, и даже в системе "зеленая карта" отметили, что это самый высокий уровень охвата по сравнению с Украиной, Молдовой, Россией, которые входят в эту систему. В этом плане опасений у нас нет. Мы с нетерпением будем ждать указа, потому что там предусмотрена дополнительная защита интересов потерпевших. Для нас существенен пункт об оплате по факту ремонта, даже более существенен, чем увеличение страховых взносов. Также важно увеличение страховых взносов для обеспечения платежеспособности страховых организаций.

Андрей Данильчик: В нашей профессии сложно быть пессимистом. Что бы ни принимали законодатели, мы не можем отменить пожаров, травм, аварий. Это будет воздействовать на рынок, на сознание страхователя. Многие страховые компании в эти дни празднуют 20-летие. За эти 20 лет многое изменилось: страхователь начала 90-х и сейчас – это разные люди. Люди понимают, что остаться один на один с этими катаклизмами очень тяжело. Никто пока не придумал ничего лучше страхового полиса.