Публичный счет


/

Оптимистичные планы Нацбанка и правительства уже в 2012 году обеспечить макроэкономическую стабильность в преддверии рывка, запланированного на 2013 год, разделяют далеко не все эксперты.



О том, почему волна проблем 2011 года только в нынешнем году накроет банки и реальный сектор, проблемные активы могут вырасти многократно, а белорусские активы останутся привлекательны для российских покупателей в студии TUT.BY рассказал ведущий аналитик по финансовому рынку Беларуси, Standard & Poor's Сергей Вороненко.  

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (11.88 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать видео
 
Сегодня макроэкономические перспективы Беларуси обсуждали на II Международном форуме "Рынок капитала Республики Беларусь. Вызовы и возможности". Там прозвучало, что макроэкономическая стабилизация возможна уже в этом году. Есть предпосылки считать, что это достижимо, причем уже в нынешнем году?

С точки зрения рейтингового агентства, мы пессимистично оцениваем вероятность выхода Беларуси из кризиса в текущем году. Очень сильное неблагоприятное давление на ситуацию в стране оказывает внешняя конъюнктура. Конечно, это является тревожным знаком для экономики, которая развивается преимущественно за счет кредитных ресурсов. Не стоит ожидать быстрого отскока после быстрого падения, как это свойственно для многих развивающихся экономик. Внешние рынки сейчас закрыты, и инструментарий, который помогал бы сбалансировать экономику страны, очень ограничен. Эта ситуация характерна не столько для Беларуси, сколько для рынка в целом. Поэтому я бы сказал, что это излишне оптимистично.
Но посыл, который сейчас дает регулятор рынку, инвесторам, направлен на то, чтобы их успокоить. Даже снижение Нацбанком ставки рефинансирования на 2% было обусловлено не столько экономическим эффектом, сколько желанием дать позитивный информационный повод, успокоить общественность.
 
Скептиков сложно успокоить. Тут же появились возгласы, что Нацбанк обещал жесткую кредитно-денежную политику, а сам ставку снижает. Конечно, 43% - не мягкая политика, но все равно знак на снижение трактуется двояко. Можно ли трактовать такой шаг как отход от жесткой политики?

Я бы не сказал, что это отход от жесткой политики. Я думаю, что Нацбанк действует в рамках политики, которую он предусмотрел и согласовал с правительством республики. Сегодня Сергеем Витальевичем Дубковым было озвучено, что есть цель добиться ставки рефинансирования в размере 20-23%. По нашим оценкам, это излишне амбициозно и маловероятно в текущем году в текущих условиях. Безусловно, мы ожидаем, что Нацбанк и правительство будут проводить четкую политику по стимулированию мер и использовать весь инструментарий по недопущению эмиссионного витка. В противном случае это будет только усугублять положение в экономике.
 
Есть несколько вариантов развития событий. Снижение ставки рефинансирования и не эмиссионное развитие экономики возможно только благодаря тому, что в экономике страны появятся не эмиссионные деньги. Они могут появиться от аккумуляции средств физических лиц.
 
Или от прямых иностранных инвестиций…

Этот вопрос важный, но сейчас этот рынок практически закрыт. Мы не ожидаем всплеска интереса к развивающимся рынкам со стороны прямых иностранных инвесторов.
 
Сегодня прозвучала неоднозначная фраза, про тех, кто вошел в суверенные облигации Беларуси по ставке 19%. Действительно, высокие ставки, высокая норма доходности, которую демонстрирует экономика Беларуси и развивающиеся экономики, очень привлекательны с точки зрения инвесторов и прямых иностранных инвестиций. Вопрос, откуда будут идти эти инвестиции. Мы ожидаем, что, прежде всего, в белорусскую экономику будут инвестировать российские предприятия и инвесторы. Россия будет основным покупателем и возможной приватизации госсобственности, и возможных долговых ценных бумаг.
 
Достаточно интересный момент мы наблюдали в конце прошлого года. Доля нерезидентов в пассивах белорусских банков составила исторический максимум – 20%.
 
Но с тех пор она снизилась.

Но факт остается фактом. Мы ожидаем, что интерес материнских структур на белорусском рынке будет поддерживаться. Возможно, для некоторых амбициозных российских банков это будет очень правильным моментом для реализации своей умеренно-агрессивной стратегии по борьбе за рыночные позиции. Конечно, мы не ожидаем значительных изменений на рыночных позициях в белорусском секторе. Но при умелой политике российские материнские структуры могут очень существенно повлиять на расположение дел в экономике, просто потому, что у них дешевле стоимость ресурса.
 
Ставку рефинансирования планируется к концу года снизить до уровня 20%. Это выглядит недостижимо, а с другой стороны у нас сильны директивные рычаги, и обычно, если мы чего-то хотим, мы можем. Не важно, какой ценой. А полезно ли будет экономике, если мы снизим ставку?

Это больше вопрос к макроэкономистам. Мы сторонние наблюдатели и смотрим, как развиваются события, и даем им оценку. Поэтому рекомендовать расшибиться, но сделать ставку 20%, наверное, возможно. Но нужно ли это? Выход из кризиса будет очень длительным и, возможно, болезненным. И это нормально. Мгновенного возврата к хорошим временам ожидать не стоит, и вряд ли это будет полезно для экономики.
 
Вернемся к инвестициям. Вы затронули нашу национальную фобию: придут россияне и все скупят по дешевке. Будет ли позитивным сигналом, если российские структуры, банки станут более активными на белорусском рынке? Это здоровый симптом?

Я бы не сказал, что это будет носить массовый характер. В прошлом году удалось успешно закрыть сделку по "Белтрансгазу", единственную крупную сделку. На текущий год очень сложно прогнозировать какие-нибудь стоящие сделки по приватизации с участием российских инвесторов.
 
Может быть, МТС?

Все возможно. На текущем этапе очень сложно прогнозировать, как будут развиваться события. Позитивно это или нет, я могу сказать на примере приватизации БПС-Банка российским "Сбербанком". Крупнейший российский банк вышел на рынок, вышел под узнаваемым брендом локального банка. С нашей точки зрения, ситуация была достаточно позитивной.
 
Эффект от присутствия российской компании и российских мощных игроков на белорусском рынке скорее позитивен, чем негативен. Во-первых, у российских дочерних структур есть больше возможностей доступа к валютной ликвидности, если это будет необходимо. Мы наблюдали это в период достаточно серьезной турбулентности на валютном рынке в прошлом году. У российских банков есть более дешевые ресурсы. Они могут внести здоровую конкуренцию на белорусский рынок.
 
Не секрет, что доминирование Беларусбанка и Белагропромбанка (фактически государственного сектора) на белорусском рынке мы рассматриваем как один из серьезных негативных аспектов для развития банковского сектора. Свежая кровь, которая может прийти извне, на текущем этапе оценивается позитивно.
 
Не получится ли так, что у нас были Беларусбанк и Белагропромбанк, а вместо них будет Сбербанк и Внешэкономбанк? Не сместится ли перекос рынка? Хотелось бы, чтобы конкуренция была равная и здоровая.

Она и будет здоровая. Есть примеры стран Восточной Европы, где национальных банков вообще не осталось. В Чехии велико присутствие игроков Западной Европы. В принципе, ничего катастрофического в этой стране не произошло, в частности в банковском секторе. Банковский сектор продолжает развиваться, продолжает финансировать экономику страны, участвовать в валовом внутреннем продукте. Я бы сказал, что присутствие как можно большего количества игроков, не связанных с государством, позитивно отразится на экономике.
 
Сегодня на конференции я говорил, что банковский сектор, государственный и реальный сектор экономики Беларуси – фактически одно и то же лицо. Очень тесная взаимосвязь может сильно сдерживать реализацию антикризисных механизмов. Чем больше на рынке игроков, тем живее конкуренция. Мы как раз за живую конкуренцию.
 
В отношении прихода новых крупных игроков Нацбанк был достаточно скептичен. Надежда Андреевна сказала, что желание продать пакеты акций госбанков есть, но те, кого мы хотим в качестве покупателей, в этом году не сделают этого.

Соглашусь, потому что текущий год будет не очень благоприятный для цели реализации стратегии продать подороже. Продать подешевле, возможно, получится, но кто от этого выиграет?
 
На этот год наши министерства и банкиры оговорили такой параметр, как прирост кредиторской задолженности на 30-40%. Реальны ли такие большие объемы?

В прошлом году по итогам 2010 года у Беларуси был рекордный показатель по росту активов и кредиторской задолженности, то есть росту кредитного портфеля банков. Цифра была порядка 50-60% за 2010 год.


 
Это все в валюте или в рублях и надо учитывать переоценку?

С учетом переоценки. Но это 2010 год. Беларусь была первой страной в мире, которая показывает такие темпы роста на фоне продолжающейся рецессии. Безусловно, в 2011 году произошло замедление, и в 2012 году как адекватную реакцию банковского сектора на ситуацию в макроэкономике мы ожидаем эффект замедления. Никто не прогнозирует цифру 50-60%. Мы ожидаем, что произойдет эффект делевириджа, сократится темп роста активов. По нашим прогнозам он должен составить порядка 25%, максимум 30%. В принципе, это соответствовало бы требованиям экономики и не было бы столько мучительно больно для банков. Безусловно, выдавать кредиты по ставкам, превышающим 50% годовых, это самоубийство для заемщиков, которые приобретают этот кредит.
 
И в итоге головная боль для банков…

И для рейтинговых агентств. Мы обеспокоены ситуацией возможного ухудшения качества активов белорусских банков. По нашим ощущениям, эта проблема может реализоваться в ближайшее время. Естественно, возвращать кредиты под такие ставки без прямого финансового вливания со стороны государства невозможно. Наверное, только торговля оружием или наркотиками может сохранять такую норму рентабельности. Но реальный бизнес не может вернуть кредит под 50% годовых.
 
Но если он экспортоориентированный, да еще большая девальвация… Но этот ресурс мы, надеюсь, исчерпали в прошлом году.

Учитывая, что внешняя конъюнктура остается очень неблагоприятной, белорусским экспортерам не стоит очень надеяться на то, что экспортная составляющая будет динамично развиваться в этом году. Очень много контрагентов, белорусских экспортеров, сейчас испытывают большие проблемы.
В прошлом году, несмотря на многочисленные сложности, плохие кредиты оказались на вполне приемлемом уровне. Насколько я понимаю, никто не перескочил 8%-ный лимит. Что будет в этом году?

Мы ожидаем, что в 2012 году раскроются наметившиеся проблемы 2011 года. Рост проблемных активов к концу первого полугодия этого года с легкостью может перешагнуть 15% с учетом вынужденной реструктуризации. Мы опираемся на опыт присутствия и наблюдения за развитием событий на рынках Казахстана и Украины в последние кризисные годы.
 
Например, сегодня проводилось много параллелей с развитием кризиса в Украине последние годы. Говорилось, что Беларусь развивается на 2-3 года позднее. У нас тот же девальвационный эффект и рост проблемных активов. В некоторых украинских банках уровень проблемных задолженностей до сих пор составляет 50-60% активов. Это катастрофично, но банки продолжают с этим жить.
Мы ожидаем, что в этом году белорусские банки будут использовать весь свой потенциал по превентивным мерам и предупреждению возникновения проблемы задолженностей. Мы бы хотели, чтобы белорусские банки вместо наращивания кредитного портфеля в количественном выражении и размывания доли проблемных активов, уделили больше внимания расчистке своих кредитных портфелей. Может быть, они прибегнут к помощи государства, где это необходимо.
 
Цифры 50-60% звучат пугающе.

Скорее всего, у нас эта цифра будет гораздо ниже, потому что мы ожидаем, что государство будет поддерживать стратегические экономики страны. Стратегические предприятия будут получать прямую поддержку от государства, хотя бы чтобы вернуть кредит банку. Мы всегда говорили, что в белорусской экономике очень сложно определить реальный уровень задолженностей, потому что он замаскирован под всеобъемлющей поддержкой со стороны государства.
 
Конечно, в этом году она будет не столько обширна, как в прошлые периоды. Ожидается дальнейшее сокращение многих государственных программ, которые не показывают свою эффективность. Но вместе с этим государственная поддержка будет оказываться, это заложено в нашем базовом сценарии.
 
В прошлом году мы уже видели пример такой господдержки: уставные фонды наших двух госбанков были увеличены на фантастическую величину. Насколько это рыночный механизм? МВФ сказал, что это допустимо, но не в таких масштабах.

Сложно ответить однозначно, потому что с одной стороны государство является акционером этих банков. Увеличение капитала на столь высокие суммы можно рассматривать как помощь акционеру и достаточно адекватную меру на сложившиеся условия.
 
Насколько это оправданно с точки зрения рыночных механизмов? Не секрет, что уже давно идут разговоры о создании Банка развития и о переводе проблемных задолженностей и неэффективных государственных программ в этот банк. Сколько я занимаюсь рынком Беларуси, столько я слышу о возможном создании Банка развития. Конкретных мер по реализации этого проекта пока не видно. Для нас остаются открытым вопрос, за счет чего будет финансироваться Банк развития? Кто будет участвовать в капитале? Какая будет инфраструктура? На основе чего он будет создаваться?
С точки зрения суверенных финансов, рекапитализация государственных банков или вложение средств в капитал Банка развития, передача активов с государственных банков на его баланс – это, по сути, перекладывание денег из одного кармана в другой. Но для банковского сектора это было бы количественным смягчением. Это бы сильно уменьшило давление на их капитальную базу, расчистило их активы, и, возможно, банки смогли бы переориентироваться на рыночное кредитование на рыночных условиях с рыночными заемщиками. Но в среднесрочной перспективе ситуация не изменится.
 
Мы обсудили кредитные риски, а есть еще валютные. Это больной вопрос для банков. Плавающий курс для них – это благоприятная ситуация? В прошлом году они оказались в числе не самых проигравших от валютного кризиса.

Нельзя однозначно сказать, что они не проиграли. Средства банков – это их капитал, то, что у них остается, если вычесть пассивы. В этом случае банки пострадали сильно. По состоянию на некоторые отчетные даты прошлого года многие белорусские банки не выполняли норматив обязательного по уровни достаточности капитала. Все это из-за девальвационного эффекта. Особенно пострадали банки, у которых были большие активы, номинированные в иностранной валюте.
 
Сложно сказать, насколько текущая ситуация будет острой для них в текущем году с плавающим валютным курсом и отсутствием ориентиров по валютному курсу, который сегодня озвучил Нацбанк. В монетарно-денежной политике на текущий год их просто нет. Если при прочих равных условиях будет идти приватизация по намеченным планам, и в экономику страны пойдут не эмиссионные деньги, то курс можно стабилизировать. И он не будет оказывать на банковский сектор никакого драматического эффекта. Не окажет влияния даже плавная девальвация, которую мы уже закладываем. Плавная девальвация может быть даже полезной и быть некоторым стимулирующим эффектом для экономики.
 
В текущем году при сохранении стабильного валютного курса без дополнительных валютных потрясений мы прогнозируем снижение нормы прибыли банков. При этом рентабельность капиталов будет математически возрастать. Капитал первого уровня будет оставаться на достаточно низком уровне. Но мы также ожидаем, что в связи с возможным возрастанием проблем с кредитными портфелями коммерческих банков возникнет необходимость досоздания резервов. Естественно, это напрямую будет бить по прибыльности банков. Ожидается, что в 2012 году по прибыльности и рентабельности банки покажут себя значительно хуже, чем в прошлом году.
 
В 2013 году правительство планирует рост экономики. Это реально? Есть ли обязательные шаги, формулы, которые необходимо выполнить, чтобы рост пошел?

Если бы все было так просто и укладывалось в формулы, наверное, можно было бы просчитать некоторые события наперед. С позиции рейтингового агентства мы всегда консервативно оцениваем возможные риски. За базовый сценарий развития событий мы принимаем тот, который многим сторонним наблюдателям показался бы умеренно-пессимистичным. Мы не ожидаем быстрого выхода из кризиса. По нашим оценкам, он будет длительным и болезненным. Учитывая то, что ситуация на многих европейских рынках сейчас оставляет желать лучшего, это будет добавлять негатив.
 
Достаточно оптимистично уже то, что вы все-таки ожидаете этот выход.

На самом деле экономика имеет цикличную модель, и за каждым падением следует рост. Вопрос только во времени. 
Нужные услуги в нужный момент
-20%
-15%
-20%
-15%
-25%
-50%
-50%
-15%
-20%
-50%
20170717