1. В Израиле в результате ракетной атаки погибла уроженка Беларуси
  2. Белорус принял участие в «спецоперации» и лишился более 200 тысяч долларов
  3. Лукашенко подписал указ о застройке 10 квадратных километров на севере Минска
  4. «Мы, иностранцы, с ума сходим». Белоруска уехала за мужем в сектор Газа и теперь вынуждена жить на войне
  5. Стоматолог понятно объясняет, нужны ли вам брекеты и что о них важно знать
  6. В программе белорусских каналов на следующую неделю нет «Евровидения». Попробовали разобраться, что это значит
  7. Флаги везде, «супермитинги» и «неотданная любимая». Как власть отвечала на идеи оппонентов
  8. Израиль начал в секторе Газа военную операцию. Рассказываем обо всех предыдущих попытках
  9. «По приказу премировали людей». В лидском стройтресте рассказали, зачем раздавали деньги на 9 Мая
  10. После заявления Минтруда, что ветераны не получат выплаты к 9 мая, BYSOL запустил сбор. Сколько собрали
  11. Экс-капитана Генштаба за фото документа «польскому телеграм-каналу» приговорили к 18 годам за госизмену
  12. Виновен посмертно. Верховный суд рассмотрел апелляцию по делу застреленного силовиками Шутова и его друга
  13. Надежды нет? Прикинули, ждать ли белорусам тепла этим летом
  14. Как под Барановичами спасают дворец Радзивиллов — копию итальянской виллы на озере Комо (нет, не той что Соловьева)
  15. Госстандарт запретил продажу мыла ручной работы Karali — такое предписание получил Honar
  16. «Родителям сказал, что пойду пожить к другу». Студент отсидел три месяца, услышал приговор и сбежал за границу
  17. Суарес почти 20 лет счастлив с одной женщиной (встретил ее в 15 и влюбился с первого взгляда)
  18. «Одна из нас умерла от отека мозга». История девушки, которая с друзьями отравилась мухоморами
  19. «Мы останемся без работы и зарплаты». БМЗ просит европейских партнеров не вводить санкции
  20. Возле Дома правосудия в Минске во время процесса над студентами задержана журналист TUT.BY
  21. Прогноз: «Без урегулирования политического кризиса экономика будет терять миллиарды в год»
  22. Личный опыт. Как в Беларуси стартовало бесплатное исследование иммунитета против COVID-19
  23. Мангал под навесом уже не в тренде. Вот как круто белорусы обустраивают свои террасы и беседки
  24. Лукашенко говорил, что «несогласных» студентов нужно отчислить, а парней отправить в армию. Где эти ребята сейчас?
  25. Уволенному директору Оперного театра нашли новую работу
  26. Биолог рассказал, как вырастить богатый урожай капусты. Вот пять правил
  27. В Минске рассматривают большое «дело студентов». К зданию суда пришли более ста человек, прошли задержания
  28. Марии Колесниковой предъявили окончательное обвинение
  29. Лукашенко — о восстановлении горевшего костела в Будславе: Без государства [белорусы] ни черта не сделают все равно
  30. Срок действия справок и других документов продлили еще на полгода
реклама


Мария КУЧЕРОВА,

Цены волнуют всех и всегда — на услуги ЖКХ, лекарства, проезд в общественном транспорте и так далее и тому подобное. Почему они идут в гору или, наоборот, застывают на месте? Что за этим стоит? Какие расчеты? О стоимости платного образования тоже заходит речь. Иногда даже звучит: мол, учиться в Минске уже дороже, чем в Сорбонне. Почему? Давайте разберемся спокойно, с цифрами и фактами в руках.

С формальной точки зрения действительно по ценам мы уже догнали университеты Балтии и Польши. Во Франции, Германии, Австрии обучение обходится в среднем 500-1.000 евро в год. Причем эта сумма страховых или профсоюзных взносов, а сама учеба считается бесплатной. В Италии студенты платят так называемый налог на образование от 170 до 3,5 тысячи евро в год в зависимости от доходов семьи. В наших же вузах нынче путь к диплому стоит от 800 до 1.750 долларов на дневном отделении за год. Но... Это ведь для тех, кто не выдержал конкурс на бюджетные места.

В этом году, например, государственные вузы планируют принять 30,5 тысячи первокурсников за счет бюджета. То есть больше половины выпускников школ! Поэтому сравнивать цены некорректно. Можно говорить, что в Чехии и Финляндии обучение бесплатное даже для иностранцев. Но туда не берут всех подряд. Конкурс до 300 человек на место! И иностранцы участвуют в нем на общих основаниях с коренными жителями, доказывая свое право на учебу на официальном языке страны. Так что шансы невелики, откровенно говоря (представьте поступление корейцев в наш БГУ через ЦТ!). Кроме того, отсев жесткий. Действует "принцип воронки". Не справляющихся с программой безжалостно отчисляют. Например, в Англии только процентов 60 студентов добираются до финишной черты. Никто не делает скидки на то, что ты — иностранец, не понял, не успел, забыл, пропустил...

Вообще, у образования есть несколько базовых характеристик. Во–первых, это доступность. Беларусь по количеству студентов едва ли не впереди планеты всей. Сегодня гранит науки грызут в 6 раз больше белорусов, чем в 1960 году, когда на 10 тысяч населения было всего 73 студента. Сегодня — 467! 85 процентов выпускников школ становятся студентами. Это очень высокий показатель. Для сравнения: Швеция — самая развитая страна Европы, а высшее образование там имеют всего 13 процентов населения. В Европе, если чувствуют, что выбрали неправильную дорогу, уходят как можно скорее, чтобы не терять время даром. У нас же некоторые поступают в университеты только для того, чтобы на 5 лет отложить выбор профессии, "чтобы корка была", а там как повезет... Так нам ли сетовать на недоступность высшего образования?

В Беларуси на финансирование сферы образования из бюджета ежегодно выделяется около 5-5,5 процента ВВП. Тоже относительно высокий уровень. В Германии и Польше, например, этот показатель составляет 5,1 процента, Финляндии — 6,8. Только масштабы ВВП у нас несоизмеримы. Поэтому абсолютные расходы совсем другие. По данным ЮНЕСКО, у нас на одного студента расходуется примерно 1.900 долларов, а в странах ЕС — 13 тысяч долларов в год. Университеты — лидеры различных мировых рейтингов и вовсе тратят до 300 тысяч долларов на одного студента. В итоге повышению доступности образования противостоит неизбежное уменьшение затрат государства на каждого учащегося.

Известно, что "платники" покрывают пока лишь 50-60 процентов от того, что дотируется на бюджетника. А за свой счет в белорусских вузах учатся две трети студентов. По полной счет выставляется только иностранцам. И ректоры дружно возмущаются, когда слышат, что вуз живет за деньги "платников". Ведь, получается, государство еще и компенсирует часть затрат на их обучение! А это бьет по качеству подготовки. Тем более что о строгом отборе речь вообще зачастую не идет. Да, сейчас планку для поступления в вуз подняли, но сумма, скажем, 10 баллов по языку вызывает у преподавателей тоже горькую улыбку. Куда это годится, если сначала ученик рассуждает: "А зачем мне учиться, если я и так поступлю?", а потом студент–"платник" негодует: "Я плачу и еще учиться должен?" Все острее вопрос: нужны ли нам такие "студенты"?

В белорусской (как, впрочем, и в российской) модели платного высшего образования вместо "принципа воронки" — "принцип трубы". Поступив на платное, студент с вероятностью 90-95 процентов получит диплом. Может быть, дело в том, что количество преподавателей нормировано по количеству студентов. Отчислить треть из них — нужно будет сокращать преподавательские ставки. И потому многие просто тихо получают минимальные оценки, не напрягаясь. А зачем, если работодатели никогда не интересуются вкладышем к диплому, в котором указаны оценки?

Высшее образование не может быть массовым и бесплатным одновременно. Когда специалисты с высшим и средним специальным образованием устраиваются рабочими, с экономической точки зрения это сродни разбазариванию и без того недостаточных средств. Зачем же выбрасывать деньги на подготовку учителей, которые не пойдут в школу? Лучше резко повысить учительские зарплаты — и тогда студенты возьмут кредит, чтобы учиться в педвузе. Так или иначе, но решать нужно сразу две проблемы: соответствующего финансирования вузов и отбора студентов, способных оправдать вложенные в них средства.
-10%
-20%
-10%
-8%
-20%
-20%
-15%
-10%
-20%
-20%
0073226