КУРСЫ ВАЛЮТ
Для физических лиц
Для бизнеса
Банки
Карточки  
Кредиты
Продай свой кредит
Вклады
Экономические показатели
Сервисы
Платежи в интернете
Переводы с карты на карту
Налоговый калькулятор
Калькуляторы
Каталог компаний
Домашняя бухгалтерия

Публичный счет


/ Павел Свердлов,

Поддержка для многодетных семей с точки зрения экономических расчетов и заявленных схем реализации программы выглядит скорее попыткой обеспечить Банк развития дешевыми деньгами. Цена программы "Большая семья", которую спустя год вдруг подняли на поверхность, - порядка 700 миллионов долларов на пять лет. И эти деньги не помешают структуре Румаса. Об этом Сергей Чалый рассказал в очередном выпуске программы "Экономика на пальцах". 

Кроме того Чалый рассказал о белорусизации импорта для России, а также рассчитал реальные издержки восточной соседки от санкций. 

Представляем полную аудио и видеоверсию программы, а также текстовый конспект программы.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Открыть/cкачать видео (538.88 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (110.88 МБ)

Ваши вопросы, пожелания и предложения оставляйте в твиттере с хештегом #энп.


О российском "импортозамещении"

 
Приведу два высказывания вице-премьера РФ Аркадия Дворковича, который курирует развитие агропромышленного комплекса. Он сейчас больше всего рассказывает о том, что будет с продовольствием, с ценами, какую работу будут проводить с поставщиками и ритейлерами и т.д. Одно высказывание – от 14 августа 2014 года: "Примерно нужно 20-25 млрд рублей на существующие проекты (импортозамещения) и еще столько каждый год на новые проекты. То есть от 40 до 50 млрд рублей. Минсельхоз говорит, что даже 60 с лишним миллиардов, но это уже идеальная ситуация". Это оценка не одной отрасли, это Минсельхоз оценил все импортозамещение в тех областях, в которых запретили ввозить западные продукты. 23 августа, теперь оценка министра сельского хозяйства: "Для реализации государственной программы по развитию сельского хозяйства требуется дополнительно 636 млрд рублей на 2015-2020 годы". Это, по словам министра, "умеренно-оптимистичный" вариант. Первоначальный вариант ускоренного импортозамещения (даже термин для этого есть) в условиях введенного Россией эмбарго потребовал бы более 1 трлн рублей до 2018 года. Интересно, что даже не 635, а 636 млрд, округление не до пяти, а до единицы, с тем чтобы создать иллюзию, что эта цифра подсчитана до миллиарда рублей. 
 
636 млрд на 5 лет – это примерно по сто миллиардов в год. Ежегодные расходы на госпрограмму развития АПК в России на 2013-2020 годы – около 200 млрд рублей, то есть требуется увеличение поддержки в полтора раза, для того чтобы реализовать программу импортозамещения. Я думаю, что Минсельхоз России "ловит" политическое руководство своей собственной страны за язык и говорит: ребята, вы определитесь, это санкции – и тогда все должны страдать, или это импортозамещение – и тогда будьте добры обеспечивайте еще 100 млрд в год.
 

Экономика идеальной ценовой дискриминации

 
Вот еще высказывание Дворковича: "Никакого роста цен не происходит, а это обычное сезонное колебание цен". У многих чиновников примерно один и тот же modus operandi, когда происходит некое отклонение от нормальной ситуации, то первая реакция: не знаешь, что делать, – говори, что это сезонность. А на фоне этого сезонного фактора в Калининградской области (про Дальний Восток мы уже рассказывали, по отдельным позициям был рост цен до 60%), где ближайший поставщик – Беларусь, цены по отдельным позициям овощей выросли в два раза... Это при том, что наш Минсельхозпрод говорил устами своего министра: "Не в интересах Беларуси сейчас взвинчивать цены. Нам нужно выстроить отношения с Россией по поводу поставки нашего продукта на потребительский рынок Москвы и регионов России. Мы хотим постоянно присутствовать на этом рынке". В прошлой программе мы обсуждали: говорить будут одно, а делать – другое: по цене ладно, грех не воспользоваться ситуацией. Мы действительно оказались в "экономике идеальной ценовой дискриминации", когда можно для разных категорий потребителей выставлять разные цены на свою продукцию: цены на продовольствие и сырье для его изготовления на тех рынках, которые Россия себе закрыла, упали в силу того, что стало меньше сбыта; в России, напротив, цены выросли. Соответственно, Беларусь оказалась в выгодном геостратегическом положении, которое дополняется выгодным политическим положением. "В правительстве РФ обращают внимание на попытки альтернативных зарубежных поставщиков завышать цены на продтовары". На самом деле, это элементарный закон цены.
 
Фраза главы Минсельхоза Николая Федорова: "В условиях рынка аппетиты альтернативных поставщиков быстро возрастают". Очень интересная формулировка. Цены, оказывается, растут в условиях рынка, в то время как мы знаем, что растут они потому, что принимаемые в России решения являются внерыночными, противоречат рыночной логике, и растут как раз из-за вмешательства государства.
 
Российские поставщики тоже пользуются ситуацией, и сейчас в России назревает момент, при котором будут попытки сдерживать этот рост цен. Тем же самым механизмом, который уже использовался ранее в случаях, когда цены начинали быстро расти. Это механизм трехсторонних соглашений: между ритейлерами, поставщиками и региональными властями. Это третья на моей памяти попытка использовать этот механизм – подобные меры вводились в 2007-м, когда цены на базовые продукты выросли на четверть, и в 2010 году, когда была засуха и большой неурожай. Вряд ли сейчас эти меры будут более эффективны, чем в предыдущие два раза. Тогда, кстати, были разные последствия, и они зависят от тайминга – того времени, когда принимается решение о фиксации. Однажды решение договориться с поставщиками о замораживании цен до конца года было крайне неудачным: их зафиксировали на максимуме. Иначе через несколько месяцев этот всплеск хотя бы частично отыграл назад. Получается, "руками трогать не всегда хорошо".
 

Никаких польских грибов

В прошлой передаче я говорил о том, что наши власти, конечно же, будут рассказывать о том, что никоим образом не допустят повышения цен, что они вошли в положение России – нежелание есть хамон, прошутто и пармезан, поэтому не будут их этим кормить. И буквально недавно было несколько сообщений подряд, высказался и наш МИД, и Минсельхозпрод, и таможенные органы: в Беларуси налажен четкий контроль для недопущения вывоза в Россию санкционных товаров. Неважно как, важно, что это делается хотя бы на словах, хотя это не так просто сделать в условиях существующего Евразийского союза. На самом деле, нашим структурам и органам вовсе не нужно сильно переживать по этому вопросу: достаточно просто насытить магазины приграничных с Россией областей этими товарами, а остальное уже россияне сделают сами.
 
Российская оценка стоимости ежегодных поставок продовольствия, которое попало под санкции, была порядка от 7 до 9 млрд долларов. Если считать по высказываниям наших официальных лиц и суммировать по отдельным позициям, которые они готовы закрыть, только на экспорте мясомолочной продукции дополнительно получается более 2 млрд, то есть от половины до трети. Только белорусские компании способны свести на "нет" попытки России заставить голодать собственное население. Но дело в том, что в статистике производства мяса и молока в Беларуси за первые семь месяцев ничего хорошего нет: и мясо, и молоко в небольшом минусе по сравнению с 2013 годом. Свободных мощностей для того, чтобы увеличить поставки на декларируемую величину, особо нет. Способом дозагрузки это очень сложно сделать, это потребует серьезных инвестиций. Есть складские запасы по сырам, но они не вечные. Даже если лежат трехмесячные запасы, то за год произойдет всего лишь увеличение поставок на четверть.
 
Кстати, на прошедшем во вторник саммите в выступлении Путина был пример: отклеиваем этикетку – а там страна происхождения Польша. Белорусская таможня провела проверку по факту слов президента России. Расскажу официальную версию, которая, считаю, совершенно "железобетонная". Отправителем груза была оптовая овощная компания из Лиды, а производителем – "Грибная страна", которая выращивает шампиньоны, но иногда и ввозит свежие грибы из Польши. Откуда в России оказались продукты из Польши? Использовали польскую тару, а тара многоразовая. Не до конца удалили старую маркировку. А так – никаких польских грибов. Надо лучше мыть тару. 
 

Экономические заметки с саммита

Путин озвучил ровно то, что от него ожидалось. Это официальная позиция России, и мы видим, насколько экономист Глазьев оказывает влияние на российского президента, потому что именно он продвигал ее больше года назад, пытаясь отвадить Украину от подписания соглашения об ассоциации с ЕС. Украинский рынок открывается для европейских товаров, украинские товары как менее конкурентоспособные вытесняются с украинского рынка и идут только в Россию. Соответственно, России ничего не остается делать, как защищаться, и 100 млрд рублей – это оценка ее ущерба (которого пока нет и который пока никто не видит). На самом деле, Россия сама уже ограничивает поставки украинских товаров. То есть непонятно, откуда может возникнуть эта угроза. А повторяя такие глупости экономиста Глазьева, президент России де-факто признает, что его экономика не только менее конкурентоспособна по отношению к европейской, но и даже хуже, чем украинская. Такое двухступенчатое вытеснение одних товаров другими говорит о том, что Россия находится где-то в самом конце этой "пищевой цепочки".
 

Переговоры по газу и его транзиту

В Стокгольмском арбитраже сейчас лежит иск от России и два от Украины. Российский – по накопившемуся газовому долгу (порядка 5 млрд долларов) по цене, которую они считают правильной: 485 долларов, притом что в первом квартале она была 285 долларов. Первый украинский иск – о формуле цены на газ: они пытаются доказать, что 485 долларов – политическая цена, и у них есть много доказательств своей точки зрения. Второй иск – по условиям транзита, и там правота Украины не так очевидна, кроме того, не очень-то в интересах Европы идти навстречу Украине в этом вопросе. Речь идет о том, что сейчас в переговорах по транзиту Украины фактически нет. Весь российский газ, идущий в Европу, на территории Украины принадлежит России. Ранее был просто Советский Союз, с его распадом условия для Европы не стали переписывать, получилось, что Украины как бы нет на этой карте. С другой стороны, очень странно, что Россия, настаивая на сохранении этого порядка, пыталась при газовых войнах доказывать Европе, что именно Украина делает что-то нехорошее, отнимая газ. Европа на Россию смотрела большими глазами и говорила: это ваши вопросы, решите их сами со странами-транзитерами, у нас есть соглашение только с вами.
 
Украина хотела бы быть участником, третьей стороной соглашений о поставке российского газа в Европу. Ей это нужно для того, чтобы по мере движения в сторону Европы увеличивать привлекательность своей газотранспортной системы, которую они пытаются реформировать. Понимая, что позиция Украины не очень-то сильна, речь может идти о том, что они могут подумать даже о перекрытии транзита. Думаю, это не очень ответственное заявление, вряд ли в их интересах, и никому от этого хорошо не будет. Но Европа начинает беспокоиться, и еврокомиссар по энергетике Эттингер говорил о том, что вопрос со Стокгольмским арбитражем будет тянуться около 12-15 месяцев, то есть решится весной. Как же будет пройдена зима для Украины? Кроме того, товар-субститут для газа – это уголь, который добывается в Донецкой области, где шахты сейчас стоят. Еврокомиссар предлагает договориться о некой промежуточной цене и "потом досчитать", позиция Путина же такая: подвешенным оказался транзит газа европейским потребителям, потому что буквально на днях аванс по транзиту, перечисленный Россией в Украину, Украина вернула. Связано это с тем, что цена на транзит косвенно связана с ценой на газ, и принятие этого аванса было бы действием в пользу России против Украины, т.к. тогда Украина фактически согласилась бы с ценой на газ в 485 долларов.
 

Выравнивание налоговой нагрузки по-белорусски

У нас обсуждается повышение НДС до 22%. Минфин отстаивает свою точку зрения, почему это нужно делать. У меня есть высказывание Петра Прокоповича, который ответственен за развитие частного бизнеса в нашей стране, ведь он возглавляет Совет по развитию предпринимательства. На одном из выездных совещаний, в феврале этого года, он сказал следующее: "В ближайшие 2-3 года налоговая нагрузка снижаться практически не будет. По мере роста экономики, по мере роста поступлений в бюджет появится возможность снизить налоговую нагрузку. Но в ближайшие 2-3 года мы резко не планируем этого делать. Через 2-3 года уровень налогов выровняется с российским уровнем. И тогда мы постараемся сделать уровень налоговой нагрузки даже меньше, чем в России, чтобы мы были более конкурентоспособными". Выровняется с российским – подразумевалось, что это будет нерезкое, но снижение налоговой нагрузки. Понятно, что имелось в виду, и налог, который у нас был выше, это как раз НДС – 20% против 18% российских. Теперь же Министерство финансов нам рассказывает, что готовится повышение до 22%, при том, что в Казахстане вообще 12%. Назвать это выравниванием не поворачивается язык.

 

Демографическое совещание

В то же самое время было совещание у президента, посвященное демографии и стимулированию рождаемости, материнскому капиталу, программе "Большая семья", о которой говорили год назад и вспомнили ее снова. Уже даже появились какие-то параметры. Как у нас понимают стимулирование рождаемости? Деньгами. Еще год назад я говорил, что деньгами, в принципе, всерьез тут не поможешь, так как есть демографическая пирамида. Тот всплеск рождаемости, который был сейчас в Беларуси и других постсоветских странах (правительства, конечно, приписали эту заслугу себе), был связан с демографическим всплеском середины 80-х. Девочки, родившиеся тогда, сейчас становятся мамами. А дальше идет демографическая яма начала и первой половины 90-х. 
 
Решение родить ребенка – едва ли не самое долгосрочное в жизни человека. Определенным лукавством является то, что меры, принимаемые сейчас, ту же начинают действовать. Нет, демография – это очень медленные изменения, которые набирают силу постепенно, но если набрали, то этому процессу очень сложно что-то противопоставить. Об этом президент и говорил: "Численность женщин репродуктивного возраста снижается, потенциальных матерей из года в год становится меньше, поэтому нужно повышать социальный престиж материнства и многодетной семьи". Я не утверждаю, что эти меры являются бессмысленными, но этот фактор означает, что их эффективность будет по определению меньше.
 

"Большая семья" Сергея Румаса

Проект "Большая семья" появился больше года назад, с тех пор о нем ничего не было слышно. Сергею Румасу было поручено начать его разрабатывать. Предложение, которое он озвучил: "Предлагается при рождении третьего и последующих детей начислять семье 10 000 долларов на депозитный счет", счет семьи в "Беларусбанке". Распоряжаться она им не может. Счет, однако, будет валютным и будет индексироваться на уровне инфляции доллара. Срок действия проекта – 5 лет, то есть будут начислять в течение 5 лет вновь родившимся третьим, четвертым и так далее детям по 10 000 долларов. Средства будут индексироваться на протяжении 18 лет. Только в крайних случаях они могут быть использованы ранее 18-ти (чрезвычайная медицинская помощь и т.п.). Но даже по истечении 18 лет спектр направлений, где ты можешь потратить эти деньги, очень ограничен: образование ребенка, услуги здравоохранения, улучшение жилищных условий либо дополнительная пенсия матери. С учетом ежегодной индексации после 18-летнего периода семья получит ориентировочно 14 тысяч. Процентная ставка, закладываемая в индексацию, это 2%. Сейчас валютные депозиты длиной более года – ровно 5%, то есть в 2,5 раза выше этого депозита! 
 

"Давайте скинемся Банку развития"

У нас многодетных семей около 6%. Рождается третьих, четвертых и пятых – около 10-15 тысяч в год. Соответственно, понадобится около 150 млн долларов ежегодно, умножаем на 5 лет – около 700 млн долларов для действия этого проекта. Деньги будут бюджетные. Дальше – цитата Сергея Румаса: "Критически важным является гарантированный возврат денег. Поэтому отбор проектов должен быть максимально независим и с минимизацией рисков". О чем идет речь? Фактически средства, которые через 18 лет, возможно, станут принадлежать семье, она на это время отдает в управление Банку развития (главой которого и является Сергей Румас). То есть Банк развития на 18 лет получает деньги и обязуется вкладывать их в окупаемые проекты в долгосрочной перспективе. При этом отборщиком проектов все больше становится Банк развития, который здесь сам же будет эти деньги тратить. Получается, Банк развития на 18 лет получает пассивы всего лишь под 2%, это сверхдлинный безотзывный депозит, который собираются вкладывать, как сообщается, в проекты с доходностью не менее 8%. Я считаю, это потрясающе! То есть проект "Большая семья" правильнее было бы назвать "Давайте скинемся Банку развития". Сергей Румас блестяще выполнил задачу с точки зрения учета своих интересов.
 
Но где взять деньги, которые нужно будет положить на счет, этот эквивалент 10 000 долларов? Вот тут предлагается повысить подоходный налог в Беларуси: сейчас он у нас 12-процентный, нужно поднять его на 1%. Цитирую президента: "Не понимаю, как здесь кто-то может возмущаться, это же на твоего ребенка! Если кто-то хочет что-то от этого процента получить, пусть троих рожает". Как у нас говорят, это святое, дети – это главное. Но предлагается повысить подоходный налог до 13%, чтобы в течение 18 лет под 2% этими деньгами мог пользоваться Банк развития. Ну а там, может быть… Кроме того, подоходный налог платят все, кто получает доход. 
 
Итак. Нам говорят о том, что нужно повышать рождаемость, при этом сами же признают, что это будет очень сложно сделать. Когда сработают меры? Только если нынешние семьи поверят, что через 18 лет им кто-то что-то даст. Я не уверен, что в ситуации, когда наше правительство не очень знает, как прожить год, можно доверять сообщениям об обязательствах длиной в 18 лет. Налоги собираются увеличивать на всех, при этом в итоге, по подсчетам, соберут почти в два раза более высокую величину, чем требуется на стимулирование этой программы. Стоимость ресурсов, которыми будут управлять в течение этих 18 лет, для Банка развития всего 2%. Банк развития рассказывает о гарантиях, что найдем, как пристроить эти 2%, хватит всем. Но 25 августа проходит совещание по использованию китайских кредитных ресурсов, где президент фактически признается, что у нас "лежат" средства под 2%, и даже под эти 2% мы не можем найти проектов, которые бы гарантировали возврат этих средств! Поэтому у меня большие сомнения, что проект даст результаты в той сфере, какая декларируется, но зато вижу, как хорошо он прилипнет к рукам в процессе осуществления.
 
Мнение редакции портала может не совпадать с мнением автора программы.