105 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. В Витебске увольняют Владимира Мартова — реаниматолога, который первым в Беларуси честно говорил о ковиде
  2. Минское «Динамо» снова проиграло питерскому СКА в Кубке Гагарина
  3. Протестировали, как работает оплата проезда в метро по лицу, и рассказываем, что из этого вышло
  4. Итоги ажиотажа: за два месяца техосмотр прошло столько машин, сколько раньше за полгода
  5. Новый декан у ФМО БГУ и большой красно-зеленый флаг в Новой Боровой. Что происходило в Беларуси 4 марта
  6. Все магазины Bigzz и «Копилка» не работают. Компания ушла в ликвидацию
  7. Уволился декан ФМО БГУ Виктор Шадурский. Он возглавлял факультет больше 12 лет
  8. «Наш пессимизм не оправдался». Что сейчас происходит со стартап-сообществом в Беларуси
  9. Две машины в Андорру, пять — в Эстонию, 121 — в Германию. Интересные факты об экспорте авто из Беларуси
  10. «Осторожно, тут могут быть бэчебэшники». Как в Купаловском прошел первый спектакль после президентских выборов
  11. По зарплатам «в конвертах» ввели новшество. Оно касается как работников, так и нанимателей
  12. Беларусбанк начал выдавать потребительские кредиты. Какую сумму дадут при зарплате в 1000 рублей
  13. Белорусов атаковали банковские мошенники. Откуда у них данные, почему их сложно найти, как защититься
  14. «В школе думали, что приводит бабушка». История Даши, у которой разница в возрасте с мамой 45 лет
  15. Медики написали открытое письмо главе профсоюза: «Мог ли врач промолчать и позволить опорочить имя убитого?»
  16. «Мы с вами не допустили гражданского раскола». Лукашенко и Кубраков поздравили милиционеров
  17. Носкевич: Уголовное дело Тихановского до конца месяца будет передано прокурору для направления в суд
  18. Казакевич озвучил социальный портрет «преступника», «связанного с протестной активностью»
  19. «Парень выдержал полгода». История мотоциклистки, которая в 25 лет стала жертвой страшной аварии
  20. Служит в армии и копит на дом в деревне. В женском биатлоне — новая звезда (и она невероятно милая)
  21. Год с коронавирусом. В какие страны сейчас могут слетать белорусы и что для этого нужно
  22. Эксперт рассказал, как правильно посеять семена и что делать, чтобы они взошли
  23. Белорусские биатлонистки стали вторыми в эстафете, проиграв одну секунду
  24. Инициатива BYPOL выложила напутственную речь якобы экс-главы МВД по случаю его ухода с должности
  25. На продукты рванули цены. Где сейчас выгоднее закупаться — на рынках, в гипермаркетах, дискаунтерах?
  26. ЕЭК предложила Беларуси избавиться от обязательного перечня белорусских товаров в магазинах
  27. «Вместо 25 рублей — 129». Банк повысил предпринимателю плату за обслуживание в 5 раз из-за овердрафта
  28. «Малышке был месяц, они ее очень ждали». Что известно о троих погибших в страшной аварии под Волковыском
  29. «За полтора месяца мое душевное рвение ушло в минус». Минчанка продала квартиру и купила синагогу
  30. Как перекладывают «по карманам» долги госсектора и чем это чревато
реклама


/

Для четырех белорусских банков финансовый кризис, который начался в декабре, продлен на неопределенный срок. БИТ-Банк, Евробанк, Н.Е.Б. Банк и ИнтерПэйБанк с 29 января лишились части своих лицензионных полномочий. Среди прочего, теперь они не могут привлекать депозиты у физлиц и вести их счета, выступать поручителями у своих клиентов и выпускать пластиковые карточки. Нацбанк ограничил их права из-за низкого нормативного капитала. До начала года его нужно было довести до 25 миллионов евро.
 
Чем обернутся эти санкции для банков и что будет с деньгами их клиентов? Как бизнес пережил кризис и что собирается делать дальше? С этими вопросами корреспондент FINANCE.TUT.BY обратился к заместителю председателя правления БИТ-Банка Юрию Некрасову.
 
Заместитель председателя правления БИТ-Банка по инновационному развитию Юрий Некрасов / Фото предоставлено пресс-службой банка

– Юрий, когда вышла новость о том, что четверке банков ограничили часть лицензионных полномочий, многие подумали, что появились первые жертвы декабрьского экономического кризиса. Что на самом деле произошло, и как это отразится на вас и ваших клиентах?
 
– Когда опубликовали решение Нацбанка, нам звонили не только клиенты, но и наши коллеги из других банков. Им было интересно, что у нас здесь происходит. Они с настороженностью спрашивали даже о том, можем ли мы проводить платежи. Не все корректно понимали суть ограничений.
 
На самом деле регулятор принял меры ограничивающего характера и решил немного "урезать" нам лицензию. Но это не значит, что мы, как банк, не можем кредитовать, совершать расчетно-кассовые операции, менять валюту. Эти услуги у нас остались, и мы продолжаем работать.
 
На самом деле, нужно еще поблагодарить Национальный банк за то, что эта мера была такой мягкой. Нам весь прошлый год напоминали о необходимости увеличить уставный капитал. Велась работа. Но не успели. И мы понимаем, что регулятору в этой ситуации нужно было что-то делать, чтобы мы зашевелились.
 
– Неужели ограничения регулятора никак не повлияли на вашу работу?
 
– Нас лишили тех полномочий, которыми мы до этого пользовались не очень активно. Например, запрет на выдачу ценных бумаг, подтверждающих привлечение средств в депозиты нас не коснулся. У нас в стране этим вообще мало, кто занимается.
 
Кроме этого, мы больше не можем выступать поручителями по бизнес-процессам наших клиентов и предоставлять им гарантийные обязательства. Спрос на это был не очень большой. У нас по этому направлению было всего пару клиентов. Но по прежним операциям мы продолжаем работать. Ограничения касаются только заключения новых договоров.
 
Больше всего по нам ударил запрет на выпуск банковских карточек. Мы в прошлом году начали эту работу, успели выпустить 15 корпоративных карт. В 2015-м рассчитывали довести их количество до тысячи и привлечь таким образом до двух миллионов долларов. Но Национальный банк нас такой возможности лишил.

 
– Причина санкций – недостаточный размер нормативного капитала. У вас сегодня уставный фонд составляет 14,7 миллиона евро, при минимуме в 25 миллионов. У некоторых других банков из этой четверки и того меньше. Не обсуждался ли вопрос слияния или покупки кем-то другого финансово-кредитного учреждения?
 
– Предложений о покупке нас другими белорусскими банками в последние месяцы нам не поступало.
 
Мы сами вели переговоры с Евробанком. У них уставный фонд составляет 4,3 миллиона евро. Но они выставили сумму сделки в 14 миллионов. Это неадекватная цена. Для начала нужно оценить кредитный портфель, клиентов, риски, способность бизнеса зарабатывать. Только так можно определить реальную стоимость актива. Когда это будет сделано, мы готовы вернуться к переговорам.
 
Весь прошлый год мы вели и другую работу по увеличению нормативного капитала. Был даже заключен договор с инвестором, и были деньги. Но в силу определенных финансовых обстоятельств сделка не состоялась.
 
Мы находимся в поисках инвесторов как внутри страны, так и за рубежом. Могу сказать, что есть иностранцы, которые готовы размещать деньги в Беларуси. Мы сейчас ведем переговоры с ними. Надеюсь, это выльется и в более серьезные отношения. И, может, нас купит российская компания… Или две… Или банк.
 
Сейчас мы будем вносить свое здание в уставный фонд. Это будет еще дополнительно 2-3 миллиона долларов в зависимости от оценки рыночной стоимости.
 
В течение года мы собираемся найти деньги и увеличить наш нормативный капитал с запасом – до 27-30 миллионов евро.
 
– А на чем вы сегодня зарабатываете?
 
– Мы молодой небольшой банк, поэтому пока о нас немного известно широким массам. Сейчас мы работаем только с юридическими лицами. Значительная доля ресурсов распределена в строительном бизнесе.
 
В этом году мы собираемся диверсифицировать наш портфель. Больше внимания будем обращать на малый бизнес и предпринимателей в том числе. Думаю, лучше выдать тысячу кредитов по доллару, чем один на тысячу.
 
Сегодня наше преимущество перед крупными банками в том, что мы более гибкие и так можем экономить время клиента.

 
– Не было ли в планах выйти на обслуживание физических лиц?
 
– Нет. У каждого банка есть своя ниша. И нам к физическим лицам еще рано выходить. Пока мы готовы работать только с бизнесом.
 
Многие банки сегодня кредитуют население под 90-100% годовых. С нашей точки зрения, это нечестно. Если выдавать займы на потребительские нужды, то реальная ставка должна быть 50-60%. Но это будет невыгодно уже нам.
 
Для нас пока нет адекватных условий для развития кредитования и финансирования физических лиц.

– Под какой процент сегодня готовы кредитоваться юридические лица? Декабрьские события бизнес, по их же словам, пережил довольно сложно.
 
– Реальная стоимость кредитных ресурсов сейчас находится на уровне 45-50% годовых. По крайней мере, по таким ставкам сейчас клиенты сегодня готовы брать деньги. И то средства им сегодня нужны для того, чтобы рассчитаться по своим старым долгам.
 
Сколько на самом деле будут стоить заемные ресурсы, будет видно ближе к марту. В ситуации, когда государство сдерживает цены, кредиты под 50% годовых никто не возьмет. Сейчас Министерство торговли начало делать послабления для бизнеса. Возможно, ситуация стабилизируется.
 
Да, наверняка будут предприятия, которые после этого кризиса разорятся. Но без жертв трудные времена пережить невозможно.
 
– Юрий, как вы оцениваете действия Национального банка в сложившейся экономической ситуации?
 
– Сейчас регулятор ищет правильную дорогу. Что касается курса, то сегодня Нацбанк пытается нащупать равновесное значение именно рыночными методами. Этого не было в последние несколько лет. Тогда была другая политика регулятора.
 
Сейчас ситуация стабилизируется. И если бы Нацбанк не регулировал эти события и не предпринимал адекватные меры, то в обществе бы произошло большое социальное расслоение.
 
Можно было провести, например, шоковую терапию и выставить курс в 22 тысячи за доллар. Но бедные на этом потеряют, а богатые заработают еще больше. Наш народ вряд ли это примет. Более того, к ситуации на валютном рынке нужно подходить комплексно и учитывать возможные последствия для всех сфер: и социальных, и экономических. Идеальных вариантов нет.

-20%
-50%
-10%
-40%
-20%
-12%
-40%
-10%