Публичный счет


Министерство труда и «примкнувшие» к ним официальные профсоюзы пришли к общему мнению: для спасения безработных необходимо повысить пособие по безработице и, возможно, ввести страхование безработицы, которое с давних времен существует в цивилизованном мире. С ними согласно Минэкономики, представители которого считают, что образовалась внушительная резервная армия работников, которых ожидают увольнения в связи с возможной процедурой несостоятельности их предприятий. Сложно ли сделать страховки от безработицы, разбирался автор проекта «Наше мнение» Константин Скуратович.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY
Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Пособие по безработице, выплачиваемое в Беларуси, привязано к базовой величине и в эквиваленте составляет чуть больше 10 долларов. Общественность не единожды обращалась к властям с вопросом: почему пособие такое мизерное? На этот вопрос чаще всех отвечал Минтруд: дескать, не в Швейцарии живем, все живем бедно, а безработные должны быть нищими. Не хотят нищеты — пусть ищут себе занятие. При этом официальная безработица всегда была настолько малочисленной, что можно было считать, что ее вовсе не было. И вот ситуация кардинально изменилась. Экономика уже не может содержать избыточное число работников на предприятиях, выплачивая им зарплату, иначе они разорят даже прибыльные организации, имеющие шансы пережить кризис.

По сложившейся традиции извечный вопрос (что делать?) ставился так: где взять деньги? Минэкономики опасается, что безработица станет массовой и правительству просто придется взять на содержание, возможно, сотни тысяч людей. Поэтому официальные профсоюзы затребовали ускорить разработку и внедрение эффективного механизма социальной защиты населения. Минтруд с этим соглашается, но опасается, «что государство вряд ли справится одно. Без помощи работодателей и самих работников наверняка у нас не построить реально функционирующую систему защиты от безработицы».

Из безработных в калькуляторы. Центры занятости будут обучать безработных минчан новой профессии

На мой взгляд, лучше бы «социальное государство» постояло в сторонке и не мешало людям, которые могут создать такой механизм и запустить его. Ведь государство и создало эту ситуацию. Поначалу — очень комфортную, в которой чиновники и профсоюзные вожди вполне обходились «без реально функционирующей системы защиты от безработицы».

А тут пожар, тушить, как всегда, нечем, начинается паника. В таких ситуациях нормальные люди тушат пожар всеми доступными средствами и способами. Взять для примера страхование работников от безработицы. Оно давно применяется во всех европейских странах, и уже четверть века существует в постсоветских, которые серьезно отнеслись к такой вещи, как рынок труда.

Фото: Сергей Балай, TUT.BY
Фото: Сергей Балай, TUT.BY

Вот как страхование по безработице выглядит в Эстонии. Его целью является предоставление работнику альтернативного дохода на период, когда человек пребывает в статусе безработного. В то же самое время страхование по безработице стимулирует активный поиск работы, а также предлагает работодателю подспорье во время экономических перемен. Кассами по безработице выплачивается три вида пособий: страховое возмещение по безработице, страховое возмещение по сокращению; возмещение по неплатежеспособности работодателя.

Страховое возмещение (пособие по безработице) выплачивается лицам, которые приняты на учет в качестве безработных, имеющих в течение 36 месяцев, предшествующих принятию на учет в качестве безработного, не менее 12 месяцев страхового стажа по безработице, прервавшим трудовые отношение на основаниях, дающим право на возмещение по безработице.

В течение первых 100 дней пособие составляет 50%, а затем 40% от размера прежней зарплаты. Максимальная продолжительность выплаты пособия составляет 270 дней. Этого срока обычно хватает для трудоустройства большинству безработных. Обращу внимание, что эстонское государство в этом деле ограничилось принятием соответствующего закона и общим надзором за его выполнением всеми участниками — кассами, работодателями и работниками. Рациональность и прозрачность — ни идеологии, ни политики, никто никого не разоблачает, никто никого не обвиняет в тунеядстве. Тот, кто был застрахован и платил взносы, тот получает пособие. А если нет — то и нет.

К слову, взнос в кассу платят солидарно работники и работодатели. Размер страхового взноса работника составляет от 0,5% до 2,8% выплаченной ему зарплаты, а размер страхового взноса работодателя — от 0,25% до 1,4% фонда заработанной платы. Таким образом, взнос не фиксированный. Его размер ежегодно устанавливается советом страховых касс, утверждается правительством с учетом сложившейся конъюнктуры рынка. Если безработица растет, повышаются взносы, и наоборот.

Фото: Сергей Балай, TUT.BY
Фото: Сергей Балай, TUT.BY

Пособие по сокращению, когда работодатель прерывает трудовые отношения по объективным причинам, выплачивается работникам, которые работали у данного работодателя от 5 до 10 лет, в размере средней зарплаты, более 10 лет — две месячные зарплаты.

Самое главное, что для введения страхования по безработице никаких предварительных ассигнований не надо. Разве что на зарплату разработчикам проекта закона и регламента — депутатам и чиновникам, которые приняли закон. В страховой кассе денег еще нет, но после утверждение регламента все работающие становятся плательщиками взносов, а через год появляются первые уволенные безработные, имеющие право на получение страхового возмещения. А на счетах кассы уже накоплено, допустим, около 1% индивидуальных взносов работника, и примерно столько же — от годового фонда зарплаты, т.е. взносов, выплаченных работодателем.

Дальше идет простая арифметика. Если безработица поднимается до 1%, то кассы имеют возможность выплачивать пособия в размере средней зарплаты. Если безработица увеличивается до 2%, то пособие сокращается до 50%. Но, поскольку многие безработные находят работу раньше срока, абсолютные выплаты уменьшаются, а поступления от взносов растут; следовательно, страховые кассы могут выполнить свои обязательства в отношении всех безработных, даже если уровень безработицы вырастет до 10%. Подчеркну: система страхования становится жизнеспособной на второй день после ее введения.

Установили антирекорд. В апреле предприятия уволили на 20 тысяч человек больше, чем приняли

Как отмечалось выше, бывают обстоятельства, когда работодатель не может выполнить свои обязательства перед работниками в случае своей неплатежеспособности. Но ведь и работодатель застрахован на этот случай — он платил взносы. Поэтому решение о погашении его долгов принимает банкротный управляющий, назначаемый страховой кассой.

Вы будете, возможно, удивлены, узнав, что первые белорусские безработные были социально защищены не хуже эстонцев. У нас не было закона о страховании, но был закон о занятости. Идеологически и политически нагруженный, поскольку был сориентирован на активную политику на рынке труда. Предполагалась, что специально утвержденная государственная служба занятости будет «опережать» безработицу. Например, обучать потенциальных безработных (а это и занятые, и выпускники школ, техникумов и вузов), переучивать, переквалифицировать на, как утверждалось, востребованные рынком профессии. Для этого из фонда развития занятости выделялись средства, необходимые учебным заведениям для организации процесса обучения. Деньги фонда использовались для сохранения и даже создания рабочих мест для инвалидов, для строительства и оборудования помещений и офисов самой службы занятости.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

Денег было достаточно. Поскольку установленный правительством взнос составлял 1% от фонда заработной платы. Когда принимался закон, в народном хозяйстве было занято 5 миллионов человек. Образно говоря, 50 тысяч работников отдавали полностью свою заработную плату на борьбу с безработицей. Если допустить, что среднегодовая занятость составила 4,5 миллиона человек, то получается, что за четверть века 1,125 миллиона работников отдали свои заработки государственной службе занятости. Точнее, Министерству труда и социальной защиты населения, поскольку служба занятости входит в его структуру. А это — ни много ни мало четверть годового ВВП. Тогдашний законодатель — а было это еще при Дементее — был борцом и романтиком. Считал, что не следует ожидать печальных последствий безработицы, надо превентивно бороться с ней.

Закон о занятости был ориентирован на реформирование экономики, невозможной без потрясений на рынке труда. Если бы, например, предприятию требовалось оптимизировать (сократить) кадры, если та или организация оказывалась неспособной к рыночной перестройке и подлежала ликвидации, то проводилась соответствующая процедура. За три месяца до мероприятия наниматель составлял свой план и передавал в определенную государственную инстанцию, а после согласования плана информировал работников о предстоящем увольнении. Через два месяца работников могли уволить, выплатив им трехмесячное пособие в размере средней зарплаты. А лицам предпенсионного возраста вместо пособия по безработицы по их желанию назначалась пенсия по возрасту досрочно. Но не менее чем за два года до установленного законодательством срока.

Безработица за последний год в Беларуси росла быстрее всех в СНГ

Работник, прошедший процедуру увольнения, становился классическим безработным, который получал реальную социальную поддержку уже на самом предприятии. После увольнения, зарегистрировавшись в государственной службе занятости, он получал и право на пособие по безработице. Пособие выплачивалось: за первые 13 недель в размере 70% и за последующие 13 недель — 50% средней заработной платы по последнему месту работы, но не ниже минимальной и не выше удвоенной ее величины.

Таким образом, безработный получал трехмесячное выходное пособие в размере средней зарплаты и не менее полугода — пособие по безработице. Причем у высокооплачиваемых до увольнения безработных пособие составляло две «минималки», а низкооплачиваемые в течение всего этого периода фактически получали пособие в размере средней зарплаты.

«Минималка» в те годы соответствовала зарплатам неквалифицированных работников. Это государственный минимальный социальный стандарт, который наниматель был обязан принимать в качестве низшей границы оплаты труда.

Заранее извещенный об увольнении человек имел возможность найти приличную работу, не особенно задумываясь над тем, где найти деньги на прожитие. А с другой стороны, служба занятости тоже искала для него «подходящую работу» (по специальности, по образованию, по условиям труда, по заработной плате), и если он отказывался от нее по неуважительным причинам, то пособие уменьшалось, а в отдельных случаях снималось вообще.

Обе стороны (поскольку речь шла о серьезных деньгах) старались честно делать свою работу. Например, безработные, как правило, не задерживались надолго на рынке труда и часто находили для себя работу сами.

В определенном отношении система была не хуже, чем в Эстонии. Кстати сказать, в Беларуси никогда не было большого числа безработных, которые имели право на пособие. В 1995 году, когда экономические реформы еще продолжались, доля работников, уволенных в связи с ликвидацией предприятий или сокращением штатов, составляла 27,5% от общего количество зарегистрированных безработных, а уволившихся по собственному желанию — 23,8%. Пособия, соответственно, получили чуть больше 30%.

Но то были времена борьбы с безработицей, на смену которым пришла эпоха борьбы с безработными. Когда Лукашенко приступил к повышению дисциплины труда и запретил реформирование предприятий (где могли произойти массовые сокращения работников), численность «сокращенных» уменьшилась и в 2014 году составила 3,4%, а доля уволившихся по собственному желанию увеличилась до 34,9%. То есть численность безработных, имеющих право на социальную защиту, сократилась до минимума.

Даже сегодня, когда численность зарегистрированных безработных увеличилась до 58 тысяч человек, уровень зарегистрированной безработицы составляет 1,2% от экономически активного населения, среди которых, вероятно, не более 1 тыс. человек, лишившихся рабочих мест по объективным экономическим причинам. Если бы сохранился порядок, установленный законом, то средний размер пособия превышал бы 2 млн рублей. Но старый порядок изменили в целях экономии, стали рассчитывать пособие «по базовой величине» и в одночасье снизили социальную защиту в 10 (!) раз. Как говаривал в свое время Аркадий Райкин, урезать, так урезать. Экономить, так экономить.

В первом квартале 2016 года фонд заработной платы составил примерно 84 триллиона рублей. Выходит, что в фонд занятости поступило около 840 миллиардов рублей. Неужели эти средства не позволяют повысить пособия по безработице, наладить страхование безработицы? В это трудно поверить. Как трудно поверить в бесшабашность и легкомысленность Минтруда, который обратил в пыль четверть годового ВВП страны.

Эксперт: Люди предпенсионного возраста столкнутся с наибольшим риском безработицы

Нужные услуги в нужный момент
-20%
-10%
-10%
-50%
-40%
-48%
-20%
-70%
-43%
-90%
0058345