Эксклюзив


/ Фото: Олег Еременко,

«В день открытия в кафе пришло под сотню клиентов, хотя у нас не было  вывески и на рекламу мы не тратились. Сработало сарафанное радио. Каждый из инвесторов привел своих друзей. В этом и есть преимущество краудинвестинга», — рассказывает Кирилл Кузин из Новополоцка. 31-летний инженер вместе со своим приятелем Ильей Труммом открыл в городе первое фастфуд-кафе DoEAT. Для этого они нашли 14 партнеров, которые сбросились на открытие заведения.

Фото: Олег Еременко, TUT.BY

«Вы не сможете! Кто угодно, но только не вы»

— Это сейчас мы с Ильей — партнеры, ведем совместный бизнес, и у нас есть 14 соинвесторов, а до июня прошлого года мы даже не были знакомы, — говорит Кирилл Кузин. — Познакомились, чтобы открыть совместный бизнес. Долго думали, чем будем заниматься, перебрали многие варианты. К примеру, проекты, связанные с электроникой, недвижимостью. Даже рассматривали вариант с альтернативной энергетикой. Но это требует больших вложений, а попробуй на старте привлечь 500 тысяч долларов или и вовсе миллион. Поэтому решили начинать с небольшого проекта.

Ни у Кирилла, ни у Ильи не было нужной суммы денег даже на небольшой бизнес. Тогда предприимчивые парни решили найти единомышленников и открыть собственное дело в складчину.

— Прошлой осенью мы с Кириллом съездили в Минск на конференцию по краудэкономике. Нам понравилась идея краудинвестинга, при котором любой желающий может вложить деньги в проект, — говорит Илья Трумм. — Только к концу года мы определились, что будем создавать кафе. После этого начали искать людей, которым было бы интересно сообща открыть собственное дело.

Фото: Олег Еременко, TUT.BY
Илья Трумм, Екатерина Киселева, Илья Лобкович (слева направо)

Илья Трумм и Кирилл Кузин сначала искали потенциальных инвесторов среди знакомых.

— Потом начали интересоваться знакомые знакомых. На первом собрании даже не всех знали в лицо, — вспоминает Кирилл. — Когда у нас оставались свободными 2% акций, мы разместили объявление в соцсетях, что есть такая возможность вложить свои сбережения. Среди тех, кто заинтересовался, были даже два человека из других городов, но в итоге они не смогли принять участие в проекте.

Илья Трумм рассказывает, что многие скептически смотрели на задумку сброситься на кафе.

— Были те, кто откровенно смеялся. Говорили, что нам нечего делать. Хватало «экспертов», которые, лежа на диване, знали заранее, как лучше будет, — вспоминает Илья Трумм. — Нам прямо и говорили: «Вы не сможете! Кто угодно, но только не вы. В пищевой промышленности нереально, все разоряются». Некоторые писали, что это пирамида, пацаны просто собирают бабки.

«Среди инвесторов есть инженеры, аппаратчики, спортсмены, ипэшник»

Основную часть инвесторов удалось найти уже к февралю. Бизнесмены рассказывают, что вложили деньги в кафе люди разных возрастов и профессий.

Фото: Олег Еременко, TUT.BY

— Вложились в основном жители Новополоцка и пару человек из Полоцка. Есть у нас инженеры, аппаратчики, спортсмены, частный предприниматель. Некоторые работают на «Полимире». Самому молодому участнику сейчас 20 лет, — говорит Илья Трумм.

Кириллу Кузину и Илье Трумму принадлежит по 20% акций кафе. Основную работу они не бросили, когда открыли кафе. Кирилл трудится в Новополоцке на «Полимире» старшим мастером контрольно-измерительных приборов, а Илья, у которого за плечами диплом экономического вуза, работает в Минске менеджером в компании по продаже продуктов питания.

— У меня свободный график, понимающий руководитель, поэтому три четверти времени провожу в Минске, остальное время в Новополоцке. На работе знают, что мы занимаемся бизнесом, — говорит Илья Трумм.

Его тезка — 22-летний Илья Лобкович — профессиональный спортсмен, он занимается водными лыжами, выступает за национальную сборную. Парень один из тех 16 человек, которые вложили деньги в кафе DoEAT.

— Спорт — это рискованный род занятий. Один год выступаешь так, второй — так. С финансовой стороны есть перепад. Я изначально не хотел работать тренером после завершения спортивной карьеры, хотелось открыть свой бизнес, — говорит Илья Лобкович. — Парни показали мне проект, предложили принять в нем участие. Мне понравился, я решил вложить деньги, чтобы, помимо спорта, был на будущее какой- то источник дохода. Конечно, легче начинать не самому, а когда готовый проект.

Кроме всего прочего, у спортсмена есть еще диплом специалиста по финансам и кредитам. В кафе ему принадлежит 10% акций.

— Не все сбережения внес, все равно же риск есть. Но, судя по тому, как мы сегодня работаем, вложения оправдали себя, — предполагает парень.

Фото: Олег Еременко, TUT.BY

20-летняя Екатерина Киселева, которая также занимается водными лыжами, по примеру своего коллеги вложила деньги в кафе, ей принадлежит около 5% акций заведения.

По словам Кирилла Кузина, основное общение инвесторов происходит в чате в Viber. Самые важные вопросы обсуждаются на встречах участников наблюдательного совета, в который входит 5 человек, «те, кто принимал самое активное участие в становлении организации и знают всю кухню изнутри».

— В день около 200 сообщений приходит в чате, идет распределение рабочих сил. Встречаясь раз в месяц, решить все вопросы невозможно, поэтому общаемся в Viber, — поясняет он. — У нас все решения принимаются коллективно. Все участники вложили не только свои деньги, но и энергию в процессе организации работы.

К примеру, Екатерина Киселева ведет страничку кафе в Instagram, для этого она каждый день заходит в заведение, чтобы сделать несколько снимков, а Илья Трумм занимается страничкой DoEAT в соцсети «ВКонтакте». Илья Лобкович помогает с доставкой необходимых вещей и продуктов.

Фото: Олег Еременко, TUT.BY

— Мы многое сделали в кафе своими руками. К примеру, мусорница, которая стоит у входа в кафе, — ее сделал один из инвесторов. Барную стойкую мы сами собрали, как и самостоятельно делали рамки для картин и обшивали одну из стен деревом, — вспоминает Кирилл Кузин, который своими руками собрал усилитель колонок, развесил светильники.

«За два дня до открытия не было ни барной стойки, ни стульев»

Начинающие предприниматели рассказывают, что делали ремонт около четырех месяцев. Кафе планировали изначально открыть в конце мая, но его запуск неоднократно откладывался из-за незавершенного ремонта.

— Наступил такой момент, когда мы понимали, что если завтра не откроемся, то вообще не откроемся. За последние две ночи все мобилизовались, пришли акционеры. За два дня до открытия не было ни барной стойки, ни стульев. В субботу, 23 июля, открылись и выдохнули: «Неужели!». Пришли к выводу, что лучше было приглашать профессионалов для ремонта, — констатирует Кирилл Кузин.

Фото: Олег Еременко, TUT.BY

Илья Трумм признается: не обошлось без промахов. К примеру, сначала не установили кондиционер, думая, что на несолнечной стороне в нем нет необходимости. Но когда наступила жара, поняли, что ошиблись.

— Есть вопросы с вентиляцией, чувствовался запах из кухни. Недавно установили более мощный вентилятор, — говорит Илья Трумм. — С нуля организовать свое дело достаточно трудно. Мы долго искали юриста, который смог бы нам оформить устав. Юристы просили за свою работу солидные деньги — около 700 евро. Нашли витебского юриста, но остались недовольны его работой, пришлось искать другого уже в Новополоцке. Сейчас техническую и юридическую поддержку оказывает Белгазпромбанк.

— Но в банк мы обратились только тогда, когда нам было что показать. Связались с Виктором Бабарико (председатель правления. — Прим. FINANCE.TUT.BY), через несколько дней у нас была встреча. Я пришел в банк в майке, мокасинах, джинсах. Заходим, а там сидят мужчины в костюмах. Я говорю: «О, тут все в костюмах». Они: «Ну да, тут все серьезные». Посмеялись, — рассказывает Илья Трумм.

Еще одна проблема, с которой столкнулись молодые предприниматели, — многим специалистам на госпредприятиях, которые занимают руководящие должности, по контракту запрещено заниматься коммерческой деятельностью.

— Из-за этого мы теряем людей с довольно большой зарплатой, которые с удовольствием могли бы инвестировать. Это неудобный момент, — говорит Кирилл Кузин.

Фото: Олег Еременко, TUT.BY
Кассир Ксения и повар Иван

Персонал искали через знакомых. Сейчас в кафе работают 5 человек — два кассира, два повара, а также директор, который тоже выступил инвестором.

— Директор тоже работает на «Полимире», у него посменный график, — говорит Илья Трумм. — Главное требование, которые мы выставляли к специалистам, чтобы они качественно выполняли свою работу. Мы изначально ставили задачу на качество. Какие цены ни ставь, какие маркетинговые акции ни проводи, если будешь кормить чушью, то в итоге чушь и получится.

К примеру, кассир Ксения уже 6 лет работает в общепите. Девушка говорит, что довольна своим новым местом работы, «здесь нет алкоголя, поэтому никто из посетителей не говорит, что заберет меня после работы».

«Мы сами в шоке, почему в центре города не было кафе»

В обеденное время в кафе DoEAT многолюдно.

— Сейчас около 100 клиентов в день в среднем приходит. У нас была цель, чтобы открыть кафе с доступными ценами. По статистике, средний чек составляет 5 рублей. В среднем бургер с кофе обходится в 3−3,5 рубля. Это даже для нашего города небольшие деньги, — говорит Илья Трумм.

К примеру, пицца в кафе стоит от 6 до 9 рублей, смузи — 2,8 рубля, бургеры от 1,95 до 3,2 рубля, три пончика — 1,2 рубля, кофе — от 1,2 до 1,9 рубля.

Фото: Олег Еременко, TUT.BY

— Обед у нас обойдется примерно в такую же сумму, как и в столовой «Полимира», — добавляет Кирилл Кузин. Илья Трумм поясняет, что при открытии кафе ориентировались на цены в «МакДональдсе». Продукты закупают в Минске, в оптовой компании.

При этом меню постоянно расширяется, учитывают пожелания клиентов. К примеру, недавно добавили пару бургеров и пончики.

— Основной смысл краудинвестинга — то, что он обращается напрямую к людям, а не к специалистам, маркетологам, которые с умным видом скажут, что людям это понравится, пипл схватает. А тут напрямую обращаешься и говоришь: люди, чего вы хотите? — говорит Илья Трумм. — В соцсети «ВКонтакте», к примеру, пишут, что понравилось кафе, и советуют что-то исправить. Это как раз пример того, как клиенты могут влиять на меню.

Так, в кафе недавно добавили пару бургеров и пончики.

Фото: Олег Еременко, TUT.BY

Илья Трумм рассказывает, что далеко не все посетители могут правильно выговорить название кафе, которое придумал Илья Лобкович.

— Всем хотелось на русском название, но по стилю и созвучного не нашлось ничего. Мы решили, что DoEAT очень хорошо обыгрывается, кто-то говорит «дуит», а кто-то — «дуэт». Некоторые и вовсе говорят «дует». Молодежи легко выговорить, а более старшее поколение начинает коверкать название, появляется вирусная реклама.

К слову, начинающие предприниматели пока ни рубля не потратили на рекламу.

— В первый же день с работы прибежали клиенты. А у нас до сих пор нет вывески, сейчас делаем. Каждый из инвесторов фактически был носителем рекламы. Размещали информацию в социальных сетях, — поясняет Кирилл Кузин.

Причину успеха ребята видят в том, что до этого в городе не было фастфуд-заведений.

— Для нашего города это новое направление. Мы сами в шоке, почему в центре города не было кафе и почему не было фастфуда, — говорит Кирилл Кузин.

«Пока дивидендов никто не заработал»

Владельцы кафе планируют отбить вложенные деньги примерно через полтора года.

— Мы посмотрели продажи в августе и поняли, что выходим на прогнозные показатели. Даже с учетом дополнительных трат, в том числе на кондиционеры и вентиляцию, — отмечает Илья Трумм. — Мы ежеквартально будем распределять прибыль. Планируем, что первый раз распределять дивиденды будем ближе к Новому году, — уточняет Илья Трумм.

Фото: Олег Еременко, TUT.BY

В планах у молодых бизнесменов увеличить число посадочных мест в кафе, а также заниматься новыми проектами.

— Нам бы хотелось, чтобы люди больше внимания обращали на малый бизнес. Здесь все делается с душой, а не штампуется, — говорит Илья Трумм. — Мы инвестируем деньги в белорусскую экономику, покупаем отечественные стойматериалы — от плитки до кирпичей.

Комментарий эксперта: «Кафе в Новополоцке — это идеальная история»

— Инвесторы, вложившие деньги в это заведение, получили кафе, которое
они хотели видеть в своем городе. По-моему, это идеальная история. Они
будут получать доход даже лучше, чем в банке, к тому же за свои же деньги
улучшают жизнь, — считает председатель правления Белгазпромбанка Виктор
Бабарико
. — Мы готовы развивать и другие краудинвестинговые проекты и не
только с ребятами из Новополоцка.

По мнению банкира, общепит, как и розничная торговля, входит в число сфер,
которые наиболее интересны и перспективны для краудинвестинговых проектов.
В целом интересны проекты, где конечным потребителем являются физические
лица.

Но кафе в Новополоцке нельзя назвать стопроцентным краудинвестинговым
проектом, отмечает Виктор Бабарико. «Ребята, которые были инициаторами
открытия кафе, уловили основные принципы краудинвестинга. Но они искали инвесторов в основном среди знакомых через сарафанное радио. Сам же принцип краудинвестинга подразумевает наличие прямого контакта между инициатором проекта и инвестором, работу через средства современной коммуникации. Чтобы желающие инвестировать из других городов и даже стран могли это сделать. Все краудтехнологии подразумевают отсутствие национальных границ», — говорит Виктор Бабарико.

Читайте также:

«Мыть» по доллару абсолютно бессмысленно". Банкир Бабарико и его сын занялись краудэкономикой

Краудфандинг по-белорусски: 1,4 млрд рублей за год и более 3000 спонсоров

Нужные услуги в нужный момент
-70%
-50%
-47%
-15%
-20%
-20%
-28%