Офтоп


Стать первопроходцами в разведении коз, привить потребителям веру в полезность козьего молока и полностью перейти на органическое земледелие — небольшая семья в Дзержинском районе развивает то, на что другие махнули рукой. В гости к необычным фермерам отправилась "Страна открытий" — проект, который мы создаем вместе с velcom, рассказывает о людях, занимающихся любимым делом в белорусской глубинке. Глава фермерского хозяйства "ДАК" Дмитрий Крылов рассказал нам, как создать настоящий экологический продукт и построить на нем растущий бизнес.

Краской по шерсти

То, что это именно козья ферма, понятно сразу, как только выходишь из машины: где-то совсем рядом раздается бодрое "мм-е-е". При ближайшем рассмотрении выясняется, что это общается между собой молодняк — сотня не так давно родившихся козочек, чей загон находится совсем рядом с импровизированной парковкой.

Глава хозяйства Дмитрий Крылов первым делом отправляет нас в ангар с дойным стадом — познакомиться с подопечными, проникнуться духом фермы. Четыреста коз молочной зааненской породы дружно жуют сено, отчего в помещении отчетливо слышен хруст — пожалуй, аппетитный. Вечереет, и скоро животные отправятся на дойку — эта процедура повторяется дважды в день. На козьей шерсти краской нарисованы разноцветные метки — синие полоски, красные точки. Животновод Лариса Масюк поясняет:

— Почему помечены? Синие полоски рисовал ветеринар, когда обрезал им копытца — чтобы никого не пропустить. Красные метки на козах, которые в отдельном загоне — они ждут потомства. Одна точка — значит, такую козу нужно доить не два, а один раз в день, две точки — молока уже не дает, скоро у нее будут козлята. Аппарат позволяет одновременно доить 24 козы. Зимой на одну дойку всего стада уходит примерно 2 часа, летом — 3−4.

Все стадо обслуживают двое животноводов — Лариса и ее напарник. Работают вахтовым методом, по две недели. Подъем — в 5 утра, рабочий день длится до вечера, при этом в течение дня можно выкроить пару часов на сон. К слову, всего на ферме работают 15 человек.

Хозяйство существует 25 лет, 12 из которых занимается козами. До этого Крыловы разводили свиней, но в 2004 году бизнес "прогорел": в начале нулевых в страну хлынул поток польской свинины, и многие фермеры выжить в тех условиях не смогли. Впрочем, для хозяйства переориентация оказалась только к лучшему:

— На тот момент мы уже вложились в свиноводство, построили ферму, у нас были долги. Нужно было срочно решать, как выходить из ситуации. На коз выбор пал, во-первых, потому, что было у кого поучиться за рубежом, а во-вторых, в нашей стране это была свободная ниша.

"90% наших клиентов — молодые мамы"

— Козье молоко — нетрадиционный для Беларуси продукт. Существуют мифы, что оно имеет неприятные запах и привкус. К тому же оно еще и дорогое: его цена на выходе из фермы составляет около 2-х рублей, только при такой цене козеферма может развиваться без внешней поддержки.

Поэтому козье молоко часто воспринимают не как массовый продукт, а как лекарство. Хотя для многих становится открытием, что оно, оказывается, не только полезное, но и вкусное.

— Почему себестоимость козьего молока выше, чем коровьего?

— Самый простой пример: коза съедает в 4 раза меньше, чем корова, а молока дает в 10 раз меньше. Кроме того, содержание козы более хлопотное: животное подвижное, их много, сделать прививки или провести осмотр — большая работа. В год на одно животное уходит порядка 900−1000 рублей (9-10 млн руб.). Ну и технология содержания козы не разработана. Если фермы по разведению коров у нас на каждом шагу, и целые НИИ постоянно работают над тем, как улучшить корма, конструкцию поилки, оптимизировать уборку навоза, то для козоводства ничего такого нет. Равно как и ветеринарии. Мы много ездим, что-то "подглядываем" на Западе, но таких результатов, как у них, еще не достигли. Сравните: голландцы получают 1100 литров молока на козу в год, а мы только 600, то есть в два раза меньше, — рассказывает Дмитрий.

Но даже при таком объеме производства раньше у хозяйства были проблемы со сбытом, особенно летом, когда одна коза может давать до 6 литров молока в сутки. Иногда молоко приходилось скармливать молодняку. Вопрос перепроизводства решили четыре года назад, построив цех переработки.

— Съездили в Польшу, поучились. Спонсор выделил нам деньги на строительство цеха сыроварения, и вот уже три года как мы практически не продаем сырое молоко, — рассказывает Дмитрий.

Теперь все нереализованное молоко идет на производство нескольких видов сыра — его варят в промышленных масштабах, а также йогурта и творога — это для частных клиентов. Таких у хозяйства более двухсот, 90% которых — молодые мамы. Сделать заказ можно прямо на сайте хозяйства. Со всеми фермер держит связь в онлайн-режиме — velcom добротно покрыл местность 3G-связью.

Изучаем цены: литровая бутылка молока стоит 3 рубля 60 копеек (36 000 руб.), полкило творога — 9,5 рублей (95 000 руб.), твердый сыр — 3,3 рубля (33 000 руб.) за 100 граммов, мягкий — 5 рублей (50 000 руб.) за 250 граммов, литр йогурта — 4,3 рубля (43 000 руб.). Курьерская доставка пока работает только по Минску, заказы развозят строго по графику.

Продукты фермерского хозяйства — молоко, твердый сыр и сыр в масляной заливке — можно найти и в крупных розничных сетях Минска. По словам руководителя, попасть в ритейл было не особенно трудно: у продукции практически нет конкурентов. Сложнее доказать, что ты — честный производитель.

— Люди часто не верят, что кто-то может честно производить качественный продукт. Показывал нашу продукцию администратору Дорогомиловского рынка в Москве. Первый вопрос от него: "Сколько у тебя в продукте козьего молока?". Я сначала даже не понял, что он имеет в виду. "Ну чем ты разбавляешь, чтобы снизить себестоимость?" То есть человек вообще не допускает мысли, что можно работать без обмана. А мы не представляем, что молоко можно чем-то разбавлять, — говорит Дмитрий Крылов. — Но кругом идет борьба за снижение себестоимости.

Органические продукты: спрос есть, предложения мало

Экологическая направленность — отличительная черта бизнеса Крылова. Вся продукция хозяйства производится с использованием "живых" технологий — молоко проходит мягкую пастеризацию, а при приготовлении сыра применяются только натуральные ингредиенты. Причем козы едят преимущественно "природный" корм, выращенный без химии.

Вот уже пять лет фермер Крылов занимается органическим земледелием — это явление для нашей страны если не уникальное, то крайне редкое. Такое земледелие предполагает полный отказ от использования химикатов. Все земли хозяйства — а это 100 гектаров — сертифицированы Европейской ассоциацией производителей органических продуктов. На нем выращиваются исключительно корма для коз. До других культур дело еще не дошло: нет агронома.

— Все, что выросло на этой земле, мы можем маркировать европейским "зеленым листочком" — знаком Европейской ассоциации. А вот молоко и молочные продукты — пока нет, поскольку для этого необходимо сертифицировать стадо. А для этого, в свою очередь, нужно выполнять ряд условий: корма должны быть только органического происхождения, на каждое животное должно приходиться 2−3 квадратных метра и прочее. Своих органических кормов не хватает, а купить их в Беларуси нереально — их просто нет. Поэтому пока сложно прогнозировать, когда мы завершим процесс сертификации стада. Хотя по времени это не так долго — полгода. После еще предстоит сертификация производства — это один приезд специалиста, — поясняет хозяин.

Продукцию, имеющую такой сертификат, уже не фальсифицируешь: вся процедура отслеживается буквально от поля до магазина. Невозможно произвести, например, 100 кг органического продукта, а еще тонну продать под видом такового: в базах фиксируются все объемы.

По словам фермера, рынок органических продуктов у нас не сформирован, хотя многие готовы платить немалые деньги за экологически чистую продукцию:

— Беларусь принимает закон об органическом земледелии далеко не первой в СНГ. А нет правил игры — нет и цивилизованного рынка. Как следствие, маркетологи активно эксплуатируют этот тренд: клеят значки "органик", "био", "эко", "натуральный продукт" — все, что угодно — на органический фальсификат. При этом само понятие девальвируется. Различные преграды мешают вхождению на рынок органического продукта. Почему? Во-первых, нет понимания, с какой стороны к этому подступиться. Во-вторых, не верят, что это бизнес, который может приносить деньги. В-третьих, у нас целое поколение агрономов выросло на интенсивных технологиях хозяйствования и не представляет, что можно что-то выращивать без применения пестицидов. Наше сельское хозяйство отлично работает на производство массового продукта, а вот спрос на более дорогой экопродукт мы пока удовлетворить не можем.

А ниша эта, по уверениям фермера, очень перспективная.

— В интернете есть данные: мировой рынок органических продуктов прирастает на 15% ежегодно. Сегодня объем потребления продукции, прошедшей сертификацию, составляет почти $ 150 млрд , а к 2020 году достигнет $ 200 млрд. При этом каждый год рынок испытывает дефицит этих товаров. Поэтому войти туда со своим продуктом очень легко. Потребители — в основном, развитые страны, а это валюта. Украинцы уже поставляют свою органическую продукцию в Европу. Беларусь же ориентирована на экспорт в страны СНГ, в ту же Россию. Но страна-соседка тоже развивает интенсивное сельское хозяйство, и скоро наша продукция ей будет не нужна. И на западный рынок интенсивный продукт не пустят, а вот органический пока имеет экспортный потенциал.

"Если колорадский жук дохнет, неужели нет последствий и для нас?"

— То, что я произвожу сельхозпродукцию без химии, сейчас дает мне некоторое преимущество при продаже молока. И когда на рынке козьих продуктов начнется конкуренция, у меня будет еще один козырь. К тому же я таким образом сохраняю здоровье и природу. Я бы хотел подобрать агронома, который тоже болел бы этим делом. Но это проблема, потому что наши специалисты привыкли использовать химию.

Какую культуру ни возьми, говорит Крылов, она проходит по 5−8 обработок химикатами. Сначала "химичат" фунгицидами, чтобы спасти зерно от грибка, потом — гербициды, чтобы сорняки не мешали, дальше пестициды от насекомых-вредителей. Но химия уничтожает и червей, и бактерии, и полезные вещества в почве.

— Весной был на конференции наших аграриев. Тема — производство экологически безопасных продуктов питания. Но все говорили о том, как мы научились аккуратно применять химию! И только один участник, директор института почвоведения, очень мягко сказал, что таким образом мы изнашиваем почву, превращаем ее в безжизненный субстрат, — рассказывает Крылов. — Яблоко красивое лежит на прилавке, никакой червячок не завелся — почему? Потому что это яблоко отравили. Необязательно, но чаще всего. А ведь есть технологии, с помощью которых можно вырастить хороший продукт без химии, просто мы о них не знаем.

Речь идет о "биологических" методах борьбы с нежелательными организмами: например, соблюдение оптимального севооборота, правильный подбор растений-соседей.

— Это сложная работа: надо учиться, искать для каждой культуры. Вот один польский профессор научил меня выращивать кукурузу. Она медленно всходит и медленно растет, сорняки ее обгоняют. Обычному агроному не понять, как с этим бороться без химии. А этот поляк уже 15 лет выращивает ее органически. Технологии можно подобрать абсолютно для каждой культуры, — говорит Дмитрий.

И продолжает:

— Курица сегодня вырастает до 4 кг за 45 дней — в природе такое невозможно. Да, это генетика, вывели породу. Но помимо генетики это гормоны и стероиды, плюс бройлеры разводятся в скученных условиях, и чтобы 2 млн цыплят не погибли, их посыпают антибиотиками. А мы это едим. ГМО — спорный вопрос. Люди произвели новый белок, а как он влияет на организм, неизвестно. Есть исследования: при употреблении генетически модифицированной сои мыши в третьем поколении становятся бесплодными. Правда это или не правда не знаю, но так было заявлено. Если мы изменили ген картошки так, что колорадский жук дохнет, неужели и для нас не будет побочного эффекта?

Выбор, в конечном счете, все равно остается за покупателем. "Сейчас в мире стало трендом использовать здоровые продукты питания. Белорусское сельское хозяйство работает хорошо. Но мы хотим добавить что-то новое — с лучшим качеством, на что есть небольшой, но устойчиво растущий спрос", — подчеркивает фермер.

Под конец беседы фермер сражает нас еще одним примером:

— Органическую землю нужно сертифицировать ежегодно. Коллеги рассказывали случай: тракторист, после того как посеял зерно в обычном хозяйстве, не помыл сеялку после химиката. И приехал сеять на органическую землю. А через полгода органический инспектор взял пробу почвы на анализ, и результат показал остаточные пестициды — такие чувствительные приборы. Представляете, как оно накапливается в организме?

Проект «Страна открытий» реализуется вместе с velcom, который активно расширяет 3G-сеть. Сейчас его 3G-связь доступна на 80% территории Беларуси, а к концу года покроет свыше 90%. Качественная связь от velcom приходит даже в самые глухие уголки страны.
 

Материал подготовлен при поддержке velcom.

Нужные услуги в нужный момент