Личный счет


/ / / Фото: Иван Яриванович, Игорь Матвеев, Дарья Бурякина /

Белорусы продолжают беднеть. По официальной статистике, в первом полугодии малоимущими были почти 570 тысяч человек. Их среднедушевые располагаемые ресурсы составляли меньше бюджета прожиточного минимума — до августа он равнялся 186,1 рубля в месяц. Этих людей вряд ли встретишь в ресторанах и кафе, они вряд ли ходят за покупками в торговые центры… Как живут белорусские семьи, которые оказались на грани бедности? 

«Это просто не мой год». Как мать с дочкой из Гомеля живут на 240 рублей в месяц и не жалуются

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

«Если вам нужен тот, кто будет плакаться, это не ко мне, — с порога предупреждает Ольга. — Могу свою знакомую предложить — предпринимательницу. У нее денег — куры не клюют, а все равно все плохо. А у нас все хорошо, да, Машка?» И хрупкая женщина отправляет дочку в магазин за молоком, а нас приглашает в кухню пить кофе.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

В ее опрятной квартире, расположенной в хрущевке в одном из спальных районов Гомеля, скромная обстановка, но есть все необходимое. Ольга будто читает мысли:

— Думали, что у меня будет бомжатня? К нам как-то пару лет назад тоже приходили из адресной помощи, проверяли, как живем, действительно ли нам хватает. Спрашивали, откуда у нас двери новые межкомнатные с такой зарплатой. Я тогда ответила им: а что, это такое богатство — двери из фанеры? — недоумевает женщина. — Да их мы еще три года назад, когда мама была жива, поставили. Все-таки пенсия еще была, кое-как держались. А вот эти обои у дочки в комнате я в прошлом году поклеила. Смотрю, на скидке, а я как раз отпускные получила, думаю: надо брать! А то ведь деньги, сами знаете, уходят как.

«Уходить» особо-то и нечему. Ольга работает няней в детском саду, ее зарплата составляет 240 рублей. Да 100 рублей три раза в год Ольге полагается адресной помощи. Вот и весь бюджет матери-одиночки.

— Ой, да нормально всё! Коммуналки только боюсь очень. Сейчас, когда отопление включат, это сразу минус 80 рублей, а мы еще Машке «дутики» не купили на зиму. Они сейчас, небось, рублей 30 будут стоить, — прикидывает женщина.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Ольга делится лайфхаками, как выжить на 240 рублей, когда треть из них нужно отдать за коммуналку. Главное, говорит женщина, закупиться необходимым в первый день зарплаты. Потом денег может не остаться.

— Беру рис, овсянку, гречку, макароны, потом малой «голяшек» куриных возьму, тушенки. Да сколько нам той еды надо? Одежды у нас тоже хватает. В магазины и на выставки не хожу, секонды нам тоже не по карману. Помогает Красный Крест, подруги и соседи. У нас знаете, какой дружный подъезд. Если что — друг друга всегда выручаем. Может быть, поэтому я так и отношусь легко к жизни?

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Ольга говорит, что привыкла рассчитывать только на себя. Из родных у нее — только сестра. Отношения хорошие, но у той своя жизнь. Ольга добавляет, что у отца Маши «никогда ничего не просила». Подруги учили: «Подай на алименты». Но одинокая мама лишь отмахивается: «С кого требовать алименты? Он чупа-чупс ни разу дочке не принес. Чтобы меня потом его мама прокляла? Не хочу!».

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

К своему сегодняшнему положению Ольга относится как к временным трудностям. Единственное, о чем жалеет, что не выучилась в свое время на врача. «Тогда бы точно свозила Машку на море», — убеждена женщина. Ее дочь ни разу там не была. Но Ольга уверена, что у них еще все впереди.

— Знаете, это просто не мой год. Вот следующий год — Собаки. А собак я люблю. Поэтому все должно наладиться, — улыбается женщина.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Справка TUT.BY: Среднедушевой ресурс (доход) — общий объем доходов, разделенный на численность населения. При расчете доходов на душу населения учитываются все граждане, в том числе безработные, пенсионеры, несовершеннолетние. Среднедушевые доходы нужно отличать от средних зарплат. Тех, чьи среднедушевые располагаемые доходы ниже бюджета прожиточного минимума, относят за черту бедности.

В Беларуси в первом полугодии 6% населения имело среднедушевые располагаемые ресурсы ниже бюджета прожиточного минимума (за аналогичный период прошлого года этот показатель составлял 5,5%, а в 2015-м — 5%). При этом у 0,2% (почти у 19 тысяч человек) ресурсы не превышали половину БПМ — 93 рубля.

«Соскребаем на жизнь». Как муж и жена из Толочина живут на 190 рублей

Илья Киселев из Толочина — лежачий больной, семь лет назад с ним произошел несчастный случай, который привел к инвалидности. Из-за травмы позвоночника он не чувствует рук и ног. Оставлять его одного больше чем на два часа нельзя. Люба, познакомившись с Ильей, решила ему помогать. А потом и замуж вышла, по любви. Молодая женщина по специальности парикмахер. Но в последние годы ее «работа» — Илья. На уход за ним, домом и хозяйством и уходит весь ее день.

Фото: Игорь Матвеев
Илья и Любовь Киселевы. Фото: Игорь Матвеев

28 декабря прошлого года Илья и Люба праздновали новоселье. Они построили дом в 62 квадратных метра, который хотят сделать не только семейным гнездом, но и реабилитационным центром для людей с ограниченными возможностями.

— Я строил этот дом не только для себя, а чтобы помогать другим, кто в таком же положении. Но мне, слава Богу, повезло: у меня есть жена. А ведь есть инвалиды, кому тяжело переносить одиночество. Хочется дать им вдохновение для жизни, чтобы они не сидели по домам, не унывали, чтобы у них было развлечение.

Однако это планы на далекую перспективу. Пока же Киселевы только-только обживают новый дом, еще недавно здесь были голые стены.

— От государства я получил льготный кредит на строительство на 17 тысяч долларов. Сейчас его выплачиваю, — рассказывает Илья. — Получаю пенсию по инвалидности в размере 230 рублей, а за дом отдаю 225 рублей в месяц. То есть все, что у меня есть на карточке, тут же и уходит. Поэтому живем мы с Любой на те деньги, которые она как соцработник получает по уходу за мной — это примерно 190 рублей.

Фото: архив семьи Киселевых
Фото: архив семьи Киселевых

Мужчина делает раскладку, на что они тратят зарплату супруги:

— 60−70 рублей у нас уходит на коммунальные платежи. 20−30 рублей ежемесячно тратим на лекарства. И остается где-то 90−100 рублей. На них и живем. Летом, бывает, я сам кручусь, как-то подрабатываю, например, на базаре помогаю людям продавать товар. Но зимой это невозможно. В холодное время не бываю на улице, иначе это обернется еще большими проблемами со здоровьем.

В вольерах во дворе семья держит породистых собак: хаски, западно-сибирскую лайку, а в доме — русского спаниеля и померанского шпица. Какие-то деньги им приносит продажа щенков.

— Но этот доход нестабильный, — рассказывает хозяин. — Сейчас цены на щенков упали. Если раньше можно было без документов продать хаски за 200−300 долларов, то сейчас — максимум за 300 рублей. А малышей лайки я вообще в последний раз продавал за 150−200 рублей. А бывало, что отдавали щенка в рассрочку, и человек платил часть суммы, а потом пропадал.

Прокормить такое количество собак помогает то, что сосед Киселевых занимается продажей мяса.

— И бывает, что отдает нам субпродукты. Мы их мелко рубим и добавляем в сухую кашу для собак. Ее мне тоже из Орши привозят по дешевке, по 10 рублей за мешок. Иногда покупаю кости на базаре, они там килограмм по 70 копеек. И собаки на этой еде растут, хорошо набирают вес.

Серьезную брешь в расходах пробивает ремонт в доме.

— Новоселье — это, конечно, здорово! Но в доме сколько еще всего доделывать нужно, — рассуждает Илья. — Покупали плитку, бетон, разные стройматериалы — и образовался большой долг: где-то под 2700 рублей. Эту сумму мы должны частному магазину, где и покупали все для ремонта. Потихоньку выплачиваем. Но зато за лето мы сделали полы, ванную, поставили двери, поклеили обои, обустроили два вольера. При этом кухня еще голая, в доме практически нет мебели, нужно делать потолок. Короче, надо, наверное, еще года 2−3, чтоб все здесь привести в порядок.

Недавно у Киселевых сломался холодильник. А без него просто никак — нужно хранить продукты для приготовления собачьей еды. Купили новый, почти за 700 рублей. Илья говорит, что за холодильник уже тоже наполовину расплатились.

Киселев признаётся, что только своих сил и средств им с Любой не хватило бы:

— Нам многие помогают. Так, мы дружим с Ильей Шинкевичем — игроком «Динамо» (Минск) и сборной Беларуси по хоккею. Мы дважды с ним встречались на матчах в Минске. Тезка помогал и деньгами, и продуктами. Как-то у меня был заблокирован телефон из-за задолженности, так Илья погасил ее. А я поддерживаю хоккеиста тем, что смотрю игры и болею.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Илья Киселев и хоккеист Илья Шинкевич. Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

— Еще нам помогает матушка из женского монастыря в Толочине. Когда приходит в гости, то продуктов принесет или денег даст — то 20, то 30, то 40 рублей. Приезжала к нам из Витебска руководитель православного Благотворительного фонда духовного возрождения Людмила Прокофьева. Она привезла обои, а также мочеприемники, катетеры, шприцы, другие медпрепараты по уходу за больными, — рассказывает Илья. — Очень нам помогли друзья из барановичской церкви «Спасение» — они приезжали и строили дом. Ну вот так потихоньку и живем, точнее, соскребаем как-то на жизнь. Если бы люди не помогали, то даже и не знаю, что с нами было бы…

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Илья, Люба и чемпионка и призер Паралимпийских игр Людмила Волчек. Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Однако семья старается не унывать, «ведь главное у нас есть — любовь и взаимопонимание».

Справка TUT.BY: Самые стремительно беднеющие регионы — Брестская и Гомельская области. По сравнению с первым полугодием прошлого года число малоимущих в этих регионах увеличилось на 0,6 и 0,4% соответственно.

«Денег не хватает». Как мама пятерых детей живет в общежитии и на 800 рублей в месяц

Фото: из личного архива героини
Фото: из личного архива героини

Татьяна живет в городском поселке Плещеницы. С гражданским мужем воспитывает пятерых детей:

— Одиннадцать лет, десять, шесть и четыре года, — перечисляет она. — А младшей Варе — год и девять месяцев.

Трое старших детей — от первого брака. Бывший муж побывал в местах лишения свободы и был депортирован на родину, в Узбекистан. Алименты мужчина не платит. С нынешним мужем знакомы давно — встречались еще по молодости.

— Он пошел в армию, и мы разошлись. Потом, когда у меня уже были дети, он опять приехал в деревню, где я тогда жила. Встретились — и все, — улыбается Татьяна. — Расписываться пока не считаем нужным, но вся жизнь еще впереди. Может, что и изменится.

Многодетная мама рассказывает, что дети у нее — «все активные»: ходят в художественную школу, или в «музыкалку», или в Дом детского творчества. У четырехлетней Юли в выходные — первый в жизни танцевальный концерт. Но были и другие времена: в 2012 году семью Татьяны посчитали находящейся в СОП — социально опасном положении.

— Я тогда жила уже одна, с тремя детьми. Могла выпивать, — признаётся она. — И вот я выпила, а Юля, она тогда была совсем маленькая, выползла на коридор общежития. Вызвали комиссию. Приехал директор приюта и сказал мне: «Таня, если не вылечишься, заберем детей». В тот же день я позвонила сестре, взяла взаймы денег. Прошла курс лечения, и вот уже пять лет у меня все хорошо. Проверял территориальный центр, из садика приходили: в комнате чисто, продукты в холодильнике есть, задолженности по общежитию и садику нет.

Общежитие, в котором живет Татьяна, ей выделили взамен дома в соседней деревне: тот признали аварийным. Семья живет на 38 квадратных метрах. В общежитии нет горячей воды, а стены в комнате обшарпаны. 

— Зато с соседями отношения хорошие. У нас живут две сестры из Украины, у одной ребенок ходит в детский сад. Выручаем друг друга: то я заберу, то она.

Татьяна обращалась в исполком — обещают помочь с арендным жильем, где, возможно, придется своими силами делать ремонт. Правда, такой вариант семье не по карману.

Что касается денег, то с февраля по июль мама получала адресную социальную помощь, а до августа — бесплатное питание для младшего ребенка. Чтобы собрать троих детей к школе, выделили около 120 рублей — правда, в реальности на форму, письменные принадлежности и рюкзаки пришлось потратить больше. Одежду покупали на рынке, в универмаге.

Сейчас, по подсчетам Татьяны, семеро человек живут на 800 рублей в месяц: около 400 рублей детского пособия и столько еще — зарплата мужа, который работает кочегаром. Летом Татьяна с детьми собирала грибы и ягоды, чтобы подзаработать. Родителей у нее нет, так что рассчитывать приходится на себя. В большой семье деньги расходятся быстро.

— За сад для двоих деток платим около 80 рублей. За общежитие в прошлом месяце заплатили ровно 100 рублей. Когда включат отопление, будет больше. С пособия сразу покупаю мясо: фарш, курицу, печенку, косточку в суп. А потом батон, хлеб, молоко, другие продукты. Конечно, когда идешь в магазин с ребенком, не скажешь ему: «У нас есть деньги только на хлеб и молоко, а на печенье нет», — так что иногда записывают в долг, а я возвращаю. В кафе мы не ходим. Изредка дети ходят в цирк. Денег, конечно, не хватает, — признаётся женщина.

От редакции. После выхода текста нам стали приходить сообщения от тех, кто хочет помочь героям материала. Просим желающих оказать помощь писать на bobkov@tutby.com. На этот же e-mail могут писать и те, кто также оказался в трудных жизненных ситуациях и готов рассказать об этом для журналистского текста. 

Нужные услуги в нужный момент
0058415