109 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Еще 68,9 млн долларов. Минфин в феврале продолжил наращивать внутренний валютный долг
  2. «Танцуем, а мое лицо прямо напротив ее груди». История семьи, где жена выше мужа (намного!)
  3. «Я привыкла быть, как все. Но теперь это не так!» Как мы превратили читательницу в роковую красотку
  4. Я живу в Абрамово. Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать
  5. Госсекретарь США назвал Лукашенко последним диктатором Европы
  6. «Ушло вдвое больше дров». Дорого ли выращивать тюльпаны и как к 8 марта изменились цены на цветы
  7. Студентка из Франции снимала Минск в 1978-м. Показываем фото спустя 40 лет
  8. Как заботиться о сердце после ковида и сколько фруктов нужно в день? Все про здоровье за неделю
  9. «Белорусы готовы работать с рассвета до заката». Айтишницы — о работе и гендерных вопросах
  10. «Соседи, наверное, с ума от нас сходят». У минчан с разницей в четыре года родились две двойни
  11. Минское «Динамо» обыграло СКА в четвертом матче Кубка Гагарина
  12. «Прошло минут 30, и началось маски-шоу». Задержанные на студенческом мероприятии о том, как это было
  13. Минздрав опубликовал статистику по коронавирусу за прошлые сутки
  14. Изучаем весенний автоконфискат. Ищем посвежее, получше и сравниваем с ценами на рынке
  15. Где поесть утром? Фудблогеры советуют самые красивые завтраки в городе
  16. «Хлеба купить не могу». Работники колхоза говорят, что они еще не получили зарплату за декабрь
  17. Автозадачка с подвохом. Разберетесь ли вы в правилах остановки и стоянки на автомагистралях?
  18. «Один роковой прыжок — и я парализован». История парня, который нырнул в воду и сломал позвоночник
  19. Россия анонсировала в марте совместные с Беларусью учения. В том числе — под Осиповичами
  20. У Марии Колесниковой истек срок содержания под стражей
  21. «Молодежь берет упаковками». Покупатели и продавцы — о букетах с тюльпанами к 8 Марта
  22. Первый энергоблок БелАЭС включен в сеть
  23. Синоптики объявили желтый уровень опасности на 9 марта
  24. МОК не признал Виктора Лукашенко президентом НОК Беларуси
  25. У бюджетников заметно упали зарплаты. Их обещают поднять за счет оптимизации численности работников
  26. На овсянке и честном слове. История Марины, которая пришла в зал в 33 — и попала в мировой топ пауэрлифтинга
  27. «Если вернуться, я бы ее не отговаривал от «Весны». Разговор с мужем волонтера Рабковой. Ей грозит 12 лет тюрьмы
  28. Акции в честь 8 Марта и непризнание Виктора Лукашенко президентом НОК. Онлайн прошедшего дня
  29. «Можно понять масштаб бедствия». Гендиректор «Белавиа» — про новые и старые направления и цены на билеты
  30. BYPOL выпустил отчет о применении оружия силовиками. Изучили его и рассказываем основное
реклама


Ирина Горбач,

«Ситуация в отрасли сложная, но я бы делал акцент не на кризисе, а на конкуренции», — рассказывает председатель Республиканского комитета профсоюза строителей Николай Бунас. О проблемах в строительной отрасли неоднократно говорили в правительстве. FINANCE.TUT.BY посмотрел, что сейчас происходит в строительстве.

Фото: Reuters
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

Министр экономики Владимир Зиновский в октябре заявил, что строительство — единственная отрасль, не вышедшая «на целевые задачи». В ноябре о приближении системного кризиса в отрасли говорили на совещании у президента. Тогда премьер-министр Андрей Кобяков ответил, что правительство уже занимается оптимизацией этого проблемного сектора экономики. По словам председателя Комитета государственного контроля Леонида Анфимова, в Беларуси 38% строительных организаций убыточны.

По данным Республиканского комитета профсоюза строителей, на 1 ноября этого года просроченная задолженность по зарплате была у 14 организаций строительной отрасли. Они должны своим работникам 2,016 миллиона рублей.

— Ситуация в отрасли сложная, но я бы делал акцент не на кризисе, а на конкуренции. Идет естественный рыночный процесс: одни выживают, другие уходят, третьи создаются. Главное, чтобы конкуренция добросовестная была. При государственном регулировании организации мало заботились о своей конкурентоспособности, — говорит Николай Бунас. — А сейчас застройщикам нужно бороться за каждый объект, доказывать, что они надежные. Чтобы выиграть в этой борьбе за рынок, организациям нужно думать о том, как стать конкурентоспособными: модернизироваться, внедрять новые технологии, улучшать качество продукции и строительных услуг, а если нужно, то и переориентировать производство.

Ранее Николай Бунас говорил о 20 000 специалистов, которые в первом полугодии работали на неполной занятости или находились в вынужденных неоплачиваемых отпусках.

— Мы как профсоюзы, конечно же, заинтересованы в том, чтобы работников не бросили и не нарушили их права. Чтобы, если какая-то организация и перестает существовать, ее работники получили другие рабочие места, возможно, перешли в более конкурентоспособные организации или были переобучены, — отмечает профсоюзный лидер.

По официальной статистике, за 2016−2017 годы в строительстве стало почти в 1,4 раза меньше работников (95 843 принятых и 135 535 уволенных).

Когда кредиторская задолженность достигает «критической массы»

Сумма кредиторской задолженности строительных организаций в октябре 2017 года приблизилась к 200 млн рублей. На практике эта цифра означает, что многие строительные компании не могут рассчитаться с другими организациями (за приобретенные у них товары и услуги), налоговой и фондом соцзащиты, а также со своими работниками.

Когда кредиторская задолженность достигает «критической массы», организация объявляется банкротом и начинается процедура ее ликвидации. Сейчас процедуру банкротства или ликвидации проходит 15 государственных строительных организаций.

Фото: urbanus.ru
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: urbanus.ru

Иногда процесс ликвидации затягивается также и потому, что убыточную организацию пытаются реанимировать через санацию, оптимизацию, смену руководства, вливание инвестиций. Сейчас это происходит с Гомельским заводом металлоконструкций (ОАО «Гомельоблстрой»). Производство по делу о банкротстве этого предприятия было возбуждено еще 15 декабря прошлого года, но до конца ноября 2017 года рассмотрение дела несколько раз откладывалось. Все это время завод формально продолжал работать: рабочих перевели на четверть ставки и платили им за работу 20−70 рублей.

Как правило, процесс банкротства доходит до своего логического завершения и организация ликвидируется, увольняя в процессе всех сотрудников. Несмотря на то, что закон формально защищает финансовое благополучие работников, на практике многим из них приходится ждать свои расчетные по несколько месяцев.

Так было с «Гомельоблстроем», в организациях которого на момент банкротства и/или ликвидации — в июле 2016 года — работало 1000 человек. По словам председателя Гомельской областной организации профсоюза работников Николая Гриценко, триста из них ждут свои расчетные до сих пор.

Белорусские строители едут работать на Сахалин и в Калининград

Непростая ситуация сложилась и в филиале «Треста Белстромремонт» — СМУ-2, где на момент ликвидации работало около 80 человек. В марте 2017 года рабочих из СМУ-2 начали увольнять с предложением перейти в другую организацию. По словам бывших работников СМУ, в принимающих организациях им сказали, что могут взять пока только на один месяц по договору подряда. Некоторые согласились и на эти условия, другие — за весну-лето уволились в никуда. Однако свои расчетные в полном объеме до сих пор никто из них не получил, несмотря на то, что некоторые работники обратились в суд. По словам генерального директора «Трест Белстромремонт» Дарьи Овциновой, СМУ-2 сейчас ликвидируется путем присоединения к головному офису, имущество организации арестовано и с работниками рассчитаются, когда оно будет распродано.

«Без движения любая техника портится. Все должно работать. Когда работает, оно живет», — говорит один из троих оставшихся в гомельском СМУ-2 рабочих. Двенадцать последних лет он был тут сварщиком, а теперь кроме этого еще и кладовщик, дневной сторож и электрик (если нужно). Каждый день он делает обход территории: проверяет проводку, технику, компьютеры и прочий инвентарь, и «латает», если что-то вышло из строя. Материальная ответственность за сохранность владений исчезающей организации теперь лежит на нем. «Кем я только не был! А теперь вот и в роли генерального директора побуду, — шутит сторож и добавляет серьезно, — все же лучше, чем без работы сидеть. Кому я нужен в свои 53?».

Правда, «повышение» на зарплате сварщика не отразилось: максимум 320 рублей. А с сентября он не видит и этих денег. Но не унывает. Думает, что это просто переходный период.

А Николай Гриценко убежден, что проблема системная, объектов на всех объективно не хватает, и у самого Белстромремонта тоже плохи дела.

По словам Николая Гриценко, некоторые организации, чтобы остаться на плаву, делают ставку на экспорт своих услуг. Специалист говорит, что более или менее успешные представители сферы строительства сегодня экспортируют около 40% услуг на Сахалин, в Калугу, Обнинск, Калининград и (традиционно) Каракас. Там белорусы строят школы, жилые дома и инфраструктуру к чемпионату мира по футболу - 2018, говорит специалист.

-40%
-10%
-65%
-35%