реклама

Эксклюзив


/

Татьяне Алейник в этом году исполнилось 57 лет, но на пенсию она не вышла. Женщине не хватило страхового стажа — ей не засчитали учебу, декрет и уход за больной мамой. Татьяна рассказывает, что пытается доработать «недостающие годы, но вакансий в районе нет, а редкие предложения не подходят по состоянию здоровья». По официальной статистике, в Беларуси около 4 тысяч человек, попавших в такую ситуацию. FINANCE.TUT.BY поговорил с людьми, которые не получат трудовую пенсию из-за ловушки страхового стажа.

Фото: Reuters
Фото носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

До 2014 года страховой стаж, который учитывается при определении права на трудовую пенсию, составлял 5 лет. А с 1 января 2014 года его увеличили до 10 лет, через год — до 15 лет. В 2015 году он уже составлял 15 лет и 6 месяцев. С начала этого года страховой стаж подняли еще на полгода, теперь он составляет 16 лет. Ежегодно эта планка будет увеличиваться на 6 месяцев — до 20 лет.

Белорусы, которые не выработали страховой стаж по новым правилам, попадают в «пенсионную ловушку»: они не могут претендовать на трудовую пенсию, им могут назначить только социальную.

Белорусы, которым не удалось наработать нужный для получения трудовой пенсии страховой стаж, могут оформить социальную пенсию: мужчины — с 65 лет, женщины — с 60 лет. Размер социальной пенсии — 50% от бюджета прожиточного минимума.

«Не претендовала на большую пенсию, но прожиточный минимум рассчитывала получить»

— Стыдно, что государство со мной так обошлось и поставило на уровень какого-то асоциального элемента. Хотя я человек законопослушный, вырастила детей, за мамой приглядывала. Хотелось бы, чтобы хоть какое-то пособие дали. Мы же все-таки люди, а не собаки, — вздыхает Татьяна Алейник.

Женщине, которой в этом году исполнилось 57 лет, в страховой стаж не засчитали учебу, декрет и уход за больной мамой. Татьяна живет в агрогородке Будагово Смолевичского района и пытается устроиться на работу, чтобы восполнить недостающее количество лет. Однако вакансий в районе нет, «вокруг сплошные сокращения», а редкие предложения не подходят женщине по состоянию здоровья.

— Восемь месяцев я стояла на бирже в Смолевичах, регулярно туда ездила. Только пару раз мне предложили работать дворником — долбить лед и таскать ящики с мусором за 170 рублей, — рассказывает Татьяна.

До того как попасть в «страховую ловушку», женщина работала продавцом, секретарем, 10 лет трудилась в детском саду.

— Когда заболела мама, которая жила в деревне, переехала к ней и официально оформила опеку. Сделать это было непросто — врачи долгое время отказывали. Они говорили: «Кладите в Новинки, мы будем за ней смотреть». Но как же я ее брошу! По иронии, однажды мне заявили: «А что вы так переживаете насчет опеки? За детей засчитают стаж, получите свое».

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Когда пришло время выходить на пенсию, Татьяне отказали в выплатах, объяснив, что «вам ничего не положено».

— Трудовая книжка все это время лежала в фонде соцзащиты, мне сказали, что нигде нельзя работать, если получаешь пособие. Все было по закону, и уход засчитывался в страховой стаж. Ничто не предвещало такой беды. Тем более что я не претендовала на большую пенсию. Но какой-то прожиточный минимум рассчитывала получить, — вспоминает женщина.

Минимум женщина получит, но через три года, когда ей исполнится 60 лет.

— По старым законам нужно было иметь 25 лет стажа, мне же насчитали всего 12. За дневное обучение, троих детей и то, что я присматривала за больным, — все вычеркнули.

Сейчас Татьяна живет в деревне, ждет социальную пенсию и нигде не работает: «Просто не справлюсь с той работой, которую иногда предлагают». С мужем она развелась, деньгами ей помогают дети и родственники.

—  У меня есть хозяйство, огород. Выращиваю картошку и морковку, огурцы насолены. Коммунальные платежи немаленькие, под 10 рублей, и платить их нужно. К тому же мы не знали, что такое случится, провели когда-то газовое отопление, — говорит Татьяна.

Первые мысли: «Слава Богу, у меня дети хорошие, не пропаду»

В Минск Татьяна Лазарева приехала из России в 1991 году, после августовского путча. Больше 20 лет женщина работала художником, а когда пришло время получать пенсию, обратилась в ФСЗН. Оказалось, что рассчитывать ей на денежные выплаты не стоит, не хватает семи месяцев страхового стажа. Но женщина узнала об этом не сразу из-за невнимательности инспектора.

— Вначале мне сказали: «Пенсия будет, только соберите все необходимые бумаги». Так как я потеряла диплом, пришлось делать справку о том, что действительно училась. На это ушел месяц, ведь запрос в архив другой страны — дело небыстрое. Прихожу через месяц, протягиваю документ инспектору. А мне в ответ: «Эта справка уже не нужна, потому что годы учебы не засчитываются». Маразм, правда? На что я потратила столько времени? — возмущается женщина.

Татьяна рассказывает, что инспектор перед ней извинилась и попросила подойти со своим вопросом через несколько дней, сославшись на большое количество других дел. При этом ее отправили делать банковскую карточку.

—  Мне снова сказали: «С 18-го числа у вас будет пенсия», — продолжает Татьяна. — В отделение соцзащиты я вернулась через несколько недель, чтобы узнать, когда мне дадут пенсионное удостоверение. Как сейчас помню — отсидела очередь, захожу к девушке. Она что-то набирает на компьютере и говорит: «Да, вы будете получать пенсию». И следом: «Ой, извините, я ошиблась, там тоже фамилия Лазарева. А у вас будет отказ от пенсии, передаю дело в комиссию».

Сначала женщина не поняла, что попала в ловушку страхового стажа, и планировала доработать семь месяцев.

—  Говорю: «Когда мне в следующий раз прийти?». А мне в ответ: «Не надо приходить, потому что вы уже не догоните пенсию». И начинает объяснять, что с каждого года страховой стаж повышается на шесть месяцев, поэтому набрать нужное количество лет уже не получится. В ответ на мое растерянное «так что теперь делать?» мне ответили: «Ничего. Придете в 60 лет, назначат социальную пенсию». И все.

Татьяна признается, что это стало для нее сильным потрясением.

—  Но я довольно сдержанный человек, не подала виду, что расстроилась. Просто приняла как должное, сказала «до свидания» и ушла. Первые мысли: «Слава Богу, у меня дети хорошие, не пропаду».

Сейчас женщина живет в общежитии квартирного типа и работает уборщицей.

— За уборку четырех подъездов я получаю чистыми 90 рублей. Зато требований выше крыши. Работу другую не могу найти, потому что мешает здоровье — ноги больные, — объясняет Татьяна. — А так ничего особенного не делаю — рисую на всякие праздники, недавно подъезды расписала в нашем общежитии.

Младшая дочь Татьяны сейчас узнает, может ли мама получать российскую пенсию.

— Получится ли из этого что-нибудь, пока неясно. Там тоже собираются повышать пенсионный возраст, да и баллы нужно набирать специальные. Пока у меня вообще никаких планов нет, привыкла жить экспромтом, — улыбается женщина.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Фото носит иллюстративный характер. Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

«Большая часть моих подруг оказались в такой же ситуации и до последнего не знали об этом»

— В прошлом году я просила бухгалтера уточнить в фонде соцзащиты, что там с моей пенсией. Он посчитал и сказал: «Даже если вы будете работать постоянно, двух лет не хватит», — рассказывает 51-летняя Людмила Бахар. Женщине не засчитали работу в советское время, учебу, декрет и работу предпринимателем. Последние девять лет она трудится директором концертного агентства и собирается оставаться в этой должности, «сколько смогу, ведь надеяться не на кого».

Сейчас у меня девять лет страхового стажа, еще семь лет буду работать, до 58 лет, — поясняет женщина. Но все равно максимальный страховой стаж, которого Людмила может достичь, — 16 лет, и этого не хватает для полноценной пенсии.

— Во времена Советского Союза десять лет работала вязальщицей. Потом открыла ИП, но через несколько месяцев забеременела вторым ребенком и ушла в декрет. Отдыхала немного, потому что нужны были деньги. За детьми смотрели бабушки, ведь приходилось как-то крутиться, — признается женщина.

— То, что я была ипэшницей, влияет на трудовой стаж, но не имеет отношения к страховому. А ведь от него зависит, дадут ли пенсию.

В середине 90-х у второго ребенка Людмилы начались приступы бронхиальной астмы. Предпринимательство пришлось оставить — женщина ликвидировала ИП, чтобы все время посвятить ребенку: «Тогда с детьми можно было сидеть дома до 14 лет, ничего не оформляя», — говорит Людмила. В 2009 году она вернулась на работу и узнала, что весь предыдущий опыт работы в страховой стаж не войдет. 10 лет предпринимательства, по ее словам, также не пригодились.

Работа вязальщицей женщине не засчиталась: «Обидно, ведь мне 51 год, и в СССР я проработала 10 лет. Мы делали взносы в пенсионный фонд, в профсоюзы, но это сейчас никому не надо. А ведь тогда это были большие деньги, — говорит Людмила. — Самое страшное, что большая часть моих подруг оказались в такой же ситуации и до последнего не знали об этом. К примеру, одна женщина работает медсестрой 25 лет и говорит: «Как хорошо, что у меня пенсия будет хорошая». А я ей: «ФСЗН с какого времени платишь?». А мне в ответ — с 2010 года. О какой пенсии тут можно говорить, хоть человек и проработал большую часть жизни.

Людмила рассказывает, что сейчас откладывает сбережения.

— Потому что знаю — ничего не изменится. Могу рассчитывать только на социальную пенсию.

Читайте также

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

Благосостояние продолжает расти. Как изменились денежные доходы белорусов
Фото: Reuters

«Многие не доживают до пенсии». Белорусы, которым «отсрочили» выход на отдых, — про реформу и жизнь
Нужные услуги в нужный момент
-15%
-20%
-20%
-30%
-35%
-16%
-17%
-30%
-10%
0060841