реклама
Вклад в будущее (онлайн-депозит)
Белорусский народный банк
12.74%
Доходный
Банк ВТБ (Беларусь)
13.5%
Дуэт BYN
Банк ВТБ (Беларусь)
12.8 - 13.5%

Все вклады


/

Брестчанин Сергей Силик четыре года работает трейдером, он торгует ценными бумагами, но все равно попал в базу не занятого в экономике населения. Тестировщик Инна из Могилева, которая в апреле прошлого года сменила фамилию и работу, тоже оказалась в предварительном списке незанятых. FINANCE.TUT.BY поговорил с белорусами, которые из-за нюансов законодательства или простых казусов попали в базу тунеядцев.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Фото носит иллюстративный характер. Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

«Не понимаю, есть ли смысл переводить контракт»

Фото: из личного архива героя
Фото: из личного архива героя

Виктор Топоров уехал из Беларуси 15 лет назад «по личным причинам». Сначала жил и работал в Таиланде и Греции, а четыре года назад перебрался на Филиппины.

Сейчас Виктор живет в филиппинском городе Манила и работает авиакурьером, то есть сопровождает ценные авиагрузы. Про работу авиакурьером узнал от друзей, после чего начал искать подходящие варианты и рассылать резюме.

— Так и нашел, сейчас работаю более чем на 15 логистических компаний, но при этом не числюсь сотрудником на постоянной основе. У меня есть соответствующие договоры, но самый тонкий занимает 30 страниц.

В Минске он бывает нечасто, примерно раз в году навещает маму. Шесть недель назад мужчина получил извещение о том, что попал в базу не занятых в экономике. Чтобы доказать свой статус «нетунеядца», он собирался отправить на родину копию трудового контракта в 30 страниц. Однако стоимость перевода документов и их пересылки оказалась неожиданно высокой.

— Перевод страницы текста с английского стоит в среднем около 14 рублей. То есть нужно заплатить больше 400 рублей, а потом еще ставить апостиль.

Виктор в итоге нашел агентство, которое согласно перевести страницу текста за восемь рублей.

— Только за перевод контракта отдам 240 рублей, не считая апостиля. Однако гарантий, что документы точно примут, нет. Если не подавать документы в комиссию, то я останусь тунеядцем и коммуналка поднимется, — объясняет он. — Но если документы надо каждый квартал подавать, то платить полную стоимость коммуналки, наверное, будет дешевле.

У Виктора есть квартира в Минске. Мужчина вспоминает, что за октябрь коммуналка составила 14 рублей, за ноябрь — 23 рубля.

При этом Виктор обращает внимание на такой нюанс: не занятым в экономике платить по полному тарифу с 1 января нужно будет только за горячую воду. Сейчас в его квартире никто не живет, поэтому за воду не нужно ничего платить. За газоснабжение и теплоснабжение нужно будет платить по экономически обоснованным тарифам только с 1 октября.

— Не понимаю, есть ли смысл сейчас тратить деньги и переводить контракт, — поясняет Виктор.

Мужчина вспоминает, что попал в списки незанятых и по «старому» декрету. Однако тогда для исключения из списков он пояснил, что не живет в Беларуси, и приложил соответствующие документы. Как решать вопрос в этот раз, мужчина пока не знает.

— Обычно один-два раза в год прилетаю. Но последний раз был меньше трех месяцев назад, так что, наверное, еще не скоро приеду, — объясняет он.

«Работаю удаленно, без трудовых договоров и контрактов»

Брестчанин Сергей Силик уже четыре года работает трейдером и торгует ценными бумагами на российской фондовой бирже. О попадании в базу незанятых мужчина узнал еще в прошлом году, когда обратился в местную комиссию.

— Там пояснили, что мой вид деятельности не указан в постановлении Совета министров, где перечислены «нетунеядские» профессии. Когда соберется группа таких же людей, возможно, профессию отнесут к «занятым в экономике». Но чем отличается моя деятельность от обычных торговцев на рынке? Только тем, что я работаю удаленно, без трудовых договоров и контрактов, — объясняет мужчина.

Во время действия первой версии декрета по не занятым в экономике Сергей тоже попал в базу. Но тогда мужчина не успел заплатить сбор и дождался его отмены.

Получится ли доказать свою занятость в этот раз, брестчанин не знает. По его мнению, вряд ли в Беларуси соберется достаточное количество трейдеров. Подобных специалистов не очень много в стране, часть из них работает без разрешения Нацбанка. «Наверное, где-то суммы не очень большие, а достаточный заработок могут не захотеть показывать. К тому же, если есть основной вид деятельности, „письмо счастья“ просто не придет», — мужчина перечисляет причины, из-за которых, скорее всего, ему не получится объединиться с другими торговцами.

Так как брестчанин торгует на московской бирже, он должен платить налог на дивиденды и подоходный налог в России — 15% и 30% соответственно. Только с дивидендов за год «вышло около 1500 рублей», вспоминает Сергей. Мужчина объясняет, что «с удовольствием» бы делал выплаты в Беларуси, однако это невозможно из-за существования соглашения об избежании двойного налогообложения.

— Сначала официально обратился в Минск, в Министерство по налогам и сборам, после чего меня перенаправили в Брест. Пришел, мне все объяснили. Россиянам, которые тут трудятся, тоже не разрешают платить налог на родине. К тому же у нерезидентов сумма выше, — объясняет мужчина.

фото: Александр Чугуев, TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Александр Чугуев, TUT.BY

У Сергея частный дом, из коммуналки он оплачивает только газ. Январское повышение тарифов на горячее водоснабжение его не касается. Но если мужчина останется в базе незанятых, то с октября будет платить больше за газ, — сейчас это сумма «около 40−50 рублей».

«Ушло много времени, чтобы собрать бумаги»

Могилевчанка Инна еще до 1 декабря узнала о том, что может попасть в список незанятых. Тогда ей прислали уведомление и попросили предоставить подтверждающие документы с места работы. Казус возник из-за того, что в начале года девушка сменила фамилию, а в середине года меняла нанимателя.

— Я предоставила копии документов за первый квартал прошлого года и копию свидетельства о расторжении брака. Но списки были составлены 1 декабря, поэтому налоговая просит меня подтвердить свое трудоустройство за этот месяц. Если бы списки были готовы к началу года, не пришлось повторно делать выписку из трудовой, — недоумевает девушка.

Инна рассказывает, что без предварительного письма ей бы «в голову не пришло» проверять себя в списках тунеядцев. Девушка была устроена официально и работала по контракту. Из-за развода она сменила фамилию в апреле и в это же время ушла к другому нанимателю тестировщиком. В июне могилевчанка никак не была оформлена, так как длился испытательный срок, сейчас с документами все в порядке.

— Ушло много времени, чтобы все бумаги собрать и сделать копии. К тому же я сейчас живу в Могилеве, но отношусь к налоговой Гомельской области. Если ездить самой, это очень дорого, но я договорилась прислать все заказным письмом, которое нужно оплатить самому. До 25 числа нужно второе отправить, пока успеваю.

«Искал работу — предлагали 200 рублей»

Фото: из личного архива героя
Фото: из личного архива героя

52-летний житель Брагина Владимир Теремецкий получил «письмо счастья» в конце декабря. Мужчина шесть лет проработал юристом в коммунхозе, после чего перешел сторожем на станцию обезжелезивания. Год назад его сократили, и с тех пор новую занятость найти не удалось. Осталось немного времени, чтобы подтвердить занятость, однако мужчина пока не обращался в комиссию.

Сложность, с которой столкнулся Владимир, — отсутствие вакансий с «более-менее достойной зарплатой».

— После сокращения я искал работу и приходил в местное управление. Но мне предлагали 150−200 рублей. Сторожем я получал где-то 300 рублей, но там работал сутки через трое, — вспоминает мужчина.

Владимир объясняет, что пока увеличение тарифов его не касается — в доме нет подогрева воды, только газовые колонки. Повышение затронет семью только в октябре.

Мужчина написал два письма 29 декабря в Брагинский райисполком и Гомельский облисполком, но «ответа еще не было». Там он просит исключить его из базы тунеядцев, а также требует проверить декрет на конституционность из-за «принуждения к труду». Помимо этого Владимира волнует, что его данные попадут в общедоступную базу, которой смогут воспользоваться различные госорганы.

Пока есть шанс, что удастся доказать свою «занятость в экономике»: у мужчины в 20 км от Брагина есть дом, который остался от матери, и 50 гектаров земли. Сейчас Владимир там держит хозяйство: следит за огородом и подкармливает кур. Так как в городе нет работы, он ездит на дачу практически каждый день. Сейчас единственный семейный доход — зарплата жены, которая трудится заведующей аптекой. Женщина получает примерно 800−900 рублей в месяц.

У семьи есть сын, который второй год учится в Польше. Владимир предполагает, что ему тоже может прийти уведомление. Если это случится, мужчине придется переводить справку, подтверждающую обучение, что обойдется примерно в 30 рублей.

— Он присылал такой документ для военкомата — я его туда занес, чтобы подтвердить трехлетнюю учебу. Эта бумажка — на польском языке. Чтобы перевести, мне надо ехать в Гомель к переводчику, 15 рублей платить. Потом привозить в Брагин, чтобы нотариус удостоверила, тоже 15 рублей платить. Я не работаю. Где эти деньги взять?

Читайте также

Фото: Мирон Климович, TUT.BY
«Люди кидают работу и едут работать за границу». Какой город и почему оказался самым «тунеядским»
Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Работающим и учащимся за границей рекомендуют подтвердить занятость до 21 января
 
-26%
-10%
-25%
-70%
-20%
-25%
-20%
-50%
-50%