Поддержать TUT.BY
67 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Активно протестовавший «Гродно Азот» доверили бывшему вице-премьеру Ляшенко
  2. Экс-студента БГУИР, которому суд дал 114 суток ареста за марши, внезапно отпустили с Окрестина
  3. Предложения по Конституции: Утверждать результаты президентских выборов будет Всебелорусское собрание
  4. И ездить не стыдно, и налог платить не надо. Подборка крутых автомобилей старше 1991 года выпуска
  5. Врач Никита Соловей больше не главный инфекционист Минска
  6. Долги давят на баланс. БМЗ ждет новую порцию поддержки от государства
  7. «Шатать и раскачивать нас будут». Лукашенко назначил нового госсекретаря Совбеза
  8. У Комитета госконтроля новый «старый» руководитель
  9. Узнали, какая ситуация с краудфандинговыми площадками, основатель которых — Эдуард Бабарико
  10. Собрали протестные флаги районов Минска в одну карту. Полюбуйтесь на этот креатив
  11. За сутки в стране всего 847 случаев COVID-19 — в два раза меньше, чем в воскресенье
  12. «Людей лишают «плюшек». Официальные профсоюзы придумали, как удержать работников и «наказать» тех, кто вышел
  13. Задержанные на акциях в поддержку Навального — о нарушении прав, отношении полиции и своей мотивации
  14. Четыре спальни, гостиная и терраса. Проект каркасного дома на 108 «квадратов» со сметой
  15. «В весе 115 кг я перестала выходить из дома». История девушки, похудевшей на 55 килограммов
  16. «Как будто хотят сделать процедуру сложнее». Ковалкин — о грядущих изменениях по обращениям
  17. У кого было больше шансов найти работу в кризисный 2020 год? Вы удивитесь, но это не «айтишники»
  18. Тайна, которую хранили 30 лет. Белоруска узнала, что мать всю жизнь скрывала: она ей не родная
  19. Экс-студента БГУИР судят за частичный срыв занятий. Кажется, преподаватели не согласны с тем, что «срыв» был
  20. Песков — о дворце в Геленджике: Кремль не имеет права разглашать
  21. Видеофакт. В Минске замечена бронемашина — ранее ее не удавалось опознать
  22. «Выживали — по-другому и не скажешь». Каково сейчас на Окрестина, где не принимают передачи
  23. Кадровый вторник и Ян Солонович на свободе. Что происходит в Беларуси 26 января
  24. Топ-баскетболистка Беларуси не верит, что в стране все останется как есть. И вот почему
  25. «Службой был доволен, не жаловался». Что известно о погибшем в части в Островце 18-летнем срочнике
  26. «Скучно, девочки». Путин прокомментировал расследование ФБК о дворце в Геленджике
  27. А протесты — врозь. Почему Путин не будет гулять с автоматом и в России не запретят синие трусы
  28. Прокурор запросил пять лет за тяжкие телесные повреждения милиционера. Обвиняемый 12 дней был в реанимации
  29. Смотрите, что творится на дорогах Гродненщины, которую накрыл циклон «Ларс»
  30. «Люди спрашивали, как мы живем». История семьи с незрячими родителями и здоровым малышом
реклама


/ /

Гончар Наталья Сабич уверена, что работа должна быть любимой и приносить не только деньги, но и в первую очередь удовольствие. Гончарным делом она занялась 8 лет назад. «Сперва это было просто хобби, ни о каком заработке даже речи не шло», — рассказывает мастер. Однако со временем у Натальи появились заказы на горшки, кувшины, вазы и прочее. Постепенно к этому делу подключился и ее муж Олег. Теперь у семьи есть торговый павильон в Несвиже, а их изделия заказывают даже в подарок президенту. FINANCE.TUT.BY побывал в гостях у Сабичей и узнал, можно ли заработать на жизнь гончарным ремеслом.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

«Уволилась, взяла рюкзак, кошку, села на велосипед и уехала на лето в деревню»

Семья жила в городском поселке Городея Несвижского района. Наталья работала на частном комбинате бытового обслуживания швеей. Говорит, что зарплата была неплохая, в принципе все устраивало. Муж Олег делал в Минске евроремонты. Сын уже жил и учился в Минске.

— Начали строить еще одну кооперативную квартиру, должны были взять остаточный кредит, чтобы ее закончить. У нас был дом в деревне Студенки в Несвижском районе — это недалеко от Городеи, сейчас мы в нем живем, он числился как дача, им никто не пользовался, был заброшенный, — рассказывает Наталья. — Однако в банке, когда мы пришли за кредитом, сказали, что этот дом жилой. Оказалось, что в одних документах он числился как дача, а в других как жилье. Поэтому мы можем получить деньги только под какие-то сумасшедшие проценты. Решили отдать очередь, вернули уже вложенное в строительство, и построить дом в деревне, рядом с тем, что у нас уже был.

Участок, где стоял дом, зарос крапивой и кустами сирени, а «вся деревня несколько лет радостно сносила сюда мусор».

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Этот дом строил дед мужа. Дому больше ста лет. Мы всей семьей расчистили двор, все убрали, — продолжает гончар. — Вообще я «асфальтный» ребенок, меня в детстве только к бабушке в деревню на несколько дней вывозили. Никогда не предполагала, что буду жить в деревне. Но в один прекрасный день мне все надоело, я уволилась с работы, взяла рюкзак, кошку, села на велосипед и уехала на лето в Студенки. Подруги были в шоке, потому что я всегда ходила с маникюром, такая вся из себя, а тут стала в земле копаться и огороды сажать.

С приходом холодов Наталья вернулась в квартиру. Она говорит, что за зиму в городе «чуть не чокнулась», поэтому как только потеплело, снова отправилась жить в Студенки.

— Ближе к зиме я сказала мужу, что он может со мной даже разводиться, но я в квартиру не вернусь, — рассказывает Наталья. — Первая зима в этом доме была тяжелой. Здесь стояла русская печь, которая не топилась. Начали наступать холода, мы поняли, что нужно в срочном порядке утепляться, начали запенивать щели, замазывать дыры, постелили линолеум. Муж с надеждой спросил: «Может, все-таки в квартиру?» Но я решительно была настроена остаться в деревне. Тогда муж отвел стояк от русской печки, и мы хоть как-то стали отапливать дом. Форма одежды дома у нас была оригинальная: снизу валенки, сверху майка. Потому что из всех щелей по полу сифонило, а сверху было жарко. Так мы перезимовали.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Семья начала потихоньку обживаться. Печку с трещиной разобрали. Из квартиры сюда тахту притащили, стиральную машинку. Наталья покрасила старый коричневый шкаф, расписала его. Дом получился очень уютным.

«Изначально это было как хобби, ни о каком заработке и речи не шло»

Лепить из глины Наталья тоже начала, можно сказать, внезапно. До этого она писала картины — даже одно время этим зарабатывала, занималась тестопластикой — делала фигурки из соленого теста и расписывала акриловыми красками. У нее было много заказов.

— А однажды мой муж познакомился с профессиональным гончаром и загорелся сделать гончарный круг. Сделал. Муж предполагал на нем работать. Но в итоге крутить горшки и прочее так и не научился. А вот я увлеклась, — говорит Наталья. — Когда я первый раз села за гончарный круг, у меня было ощущение, что мои руки с мозгами вообще никак не связаны. Учителя у меня не было, в полном одиночестве училась. Где-то на мастер-классе посмотришь, как кто-то делает, где-то в интернете что-то найдешь. Но, с другой стороны, это и хорошо, у меня не получилось привязки к чьему-то стилю.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Наталья рассказывает, что только центровать глину (разместить глину ровно по центру гончарного круга) она училась 2 месяца. Потом стало получаться все лучше и лучше.

— Изначально это было как хобби, ни о каком заработке и речи не шло, — вспоминает мастер. — Но подружки какие-то изделия увидели, им тоже захотелось. Потом кому-то на работе их показали, люди и им попросили сделать. У меня появились заказы.

Когда смотришь, как ловко Наталья выкручивает горшок на гончарном круге, как быстро у нее получается крышечка для него идеальной формы и подходящая по диаметру, кажется, что это очень легко. Но, как только твои руки оказываются на бесформенном куске глины, запускается станок и все, что у тебя выходит — это нарезать на нем борозды ногтями, понимаешь, насколько это сложно.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Сразу глину нужно хорошо перемешать. Физических усилий этот процесс требует немалых. Затем глину надо правильно уложить на гончарный круг и отцентровать. В процессе выкручивания чего-либо нужно следить за толщиной стенок и дна, чтобы в глине не осталось пузырьков воздуха, иначе при обжиге изделие может разорвать. Нужно контролировать степень нажима, постоянно смачивать заготовку водой или убирать лишнюю влагу. А вот для того, чтобы снять изделие с круга, руки должны быть совершенно сухими, иначе оно может просто выскочить из них. То есть для того, чтобы что-то получилось, нужно знать кучу тонкостей и практиковаться много времени. Одно неосторожное движение — и придется все переделывать.

После того как изделия снимаются с круга, они сохнут определенное количество времени, шлифуются, обжигаются. Некоторые из них проходят молочение — это когда кувшин или горшок окунают в молоко, а потом обжигают в печи. Благодаря этому они приобретают разные оттенки и становятся глянцеватыми.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Наталья любит украшать свою посуду узорами. На каждом изделии мастер вручную ставит клеймо.

Большая часть изделий отправляется в Несвиж, там у Сабичей есть торговый павильон. По выходным Олег ездит туда торговать.

— Лет пять назад я работала все дни напролет. Да и сейчас работать приходится постоянно. Нельзя так, что сделал партию и отдыхаешь. Это непрерывный процесс, не как, к примеру, вязание — недовязал, отложил, через неделю снова повязал. Тут если ты какой-то момент проворонил, пересушил, то ничего не получится, — рассказывает Наталья. — Если у меня есть заказ, я его выполняю. К примеру, мне заказали 6 чашек. Я делаю 8 — 6 отдаю заказчику, а 2 отправляю в павильон. Если заказов нет, я делаю, что мне захочется. Есть гончары, которые делают гораздо больше изделий, чем я, но у них практически нет узоров. За то время, что я вырежу узор на горшке, другой гончар еще 2−3 сделает, но без украшения.

По словам мастера, не все, у кого есть торговые точки с огромным ассортиментом товара ручной работы, на самом деле ремесленники.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Если человек говорит, что он каждый день работает на своей точке, у него большой ассортимент — это не ремесленник. Это либо ипэшник, который берет у мастеров изделия на реализацию, либо перекупщик. Потому что есть определенный предел, за который ты не выйдешь, работая руками. Ремесленник — это тот, кто продает то, что произвел сам, без наемной силы. У меня вот единственная наемная сила, — говорит с улыбкой Наталья, указывая на мужа. — Он шлифует изделия и покрывает их воском, следит за обжигом.

Наталья говорит, что «если бы это дело не было в удовольствие, это был каторжный труд».

— Бывает, я после тяжелого дня сяду и думаю: «А оно мне надо?!» Потом отдохнешь, отойдешь и понимаешь, что надо, — рассказывает гончар.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

«Вещи уходят в частные коллекции за немалые деньги, больше, чем за 100 рублей»

Если говорить о расходах, которых требует такое занятие, то килограмм глины стоит сейчас 50 копеек. Продается она валюхами — это кусок цилиндрической формы, по 25 килограммов.

— Мы лепим из нашей белорусской. В Мире есть частное предприятие «Мирские узоры», там и покупаем, — рассказывает гончар. — Некоторые люди разочарованно говорят: «А, так у вас глина покупная». Всегда отвечаю: «Для вас я могу накопать. Но тогда чашка будет стоить не 10 рублей, а 30. Потому что дома глину нужно всю перещипать, очистить от камешков и прочего мусора», — рассказывает мастер.

Пожалуй, это самая дешевая составляющая гончарного дела. Потому что и печь для обжига, и электроэнергия для ее работы, и гончарный круг, и воск, и все остальные расходники обходятся мастерам очень дорого.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Бывает, заходит покупатель в павильон, спрашивает, сколько стоит. «5 рублей чашечка», говорю. «Я табе такую сам магу зляпіць», — отвечает. Ну и что вас останавливает? Гончарный круг стоит тысячу долларов, печка — 3 тысячи долларов. Два года каждодневных занятий и чашка готова, — подключается к беседе муж Натальи Олег.

— Да, покупатели нередко возмущаются по поводу цен, — поддерживает супруга Наталья. — Говорят: «Что у вас такие изделия дорогие, глина ведь дешевая?» Но я ведь не глину продаю, а свой труд. Потому что каждое изделие проходит 11 этапов обработки и все это делается вручную. На это уходит много времени и сил, не говоря уже про материальные затраты. Печка изнашивается довольно быстро. Нашей 4 года, она уже разваливается. Килограмм воска стоит в лучшем случае, если повезет нарваться, 15 рублей. Один обжиг идет 7 часов, остывание часов 15. То есть печка открывается только тогда, когда температура в ней сравняется с температурой наружного воздуха. Так вот за один раз электричества нагорает на 15 рублей. Но у наших людей пока чаще действует принцип «числом поболее, ценою подешевше». У нас люди до сих пор живут в формате обесценивания чужого труда.

По словам мастера, они уже 3 года принципиально не меняют цены на свои изделия. И если сравнить их со стоимостью подобных предметов у многих других керамистов, у Сабичей они ниже.

Изготавливает Наталья и эксклюзивные вещи, которые хранятся в коллекциях.

— Есть предметы, которые я вообще не повторяю, к примеру, бутылка с драконом, — рассказывает мастер, показывая фотографии своих изделий на телефоне. — Это ручная лепка, ее один в один при всем желании не повторишь. Такие вещи уходят в частные коллекции за немалые деньги, больше, чем за 100 рублей. И если на какие-то рядовые вещи я могу сделать скидку, к примеру, кружка стоит 8 рублей, но просят продать за 7, то на такие эксклюзивы скидок не делаю.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Кроме того, что у Сабичей есть торговая точка в Несвиже, они работают с несколькими магазинами, участвуют в выставках и фестивалях.

— Мы сотрудничаем с магазином «Рагна» в Минске, и в Гродно есть магазин, но, наверное, будем прекращать с ним сотрудничать, потому что далеко возить товар, не всегда получается, — поясняет гончар. — С магазинами вообще сотрудничать не очень интересно, потому что как правило они берут товар на реализацию. То есть ты им дай товара на рублей 1500, а они будут продавать и тебе частями за несколько месяцев отдавать.

За годы работы у Натальи появились и постоянные клиенты, которые пользуются ее посудой.

— Кто-то купил в Несвиже что-то, ему понравилось, позвонил, заказал еще. Есть постоянные покупатели и на выставке-ярмарке «Млын», которая проходит в Минске. Бывает, что люди звонят и говорят: «Мне ваш номер телефона дал тот-то и тот-то». Через интернет люди находят.

На вопрос, так сколько же все-таки можно заработать на глиняной посуде, мастер конкретных сумм не называет, потому что заработок всегда разный.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Богатым не станешь, в олигархи не выбьешься, машину вы нашу видели (простенькая. — Прим. TUT.BY), но жить можно. Зимой посуда продается хуже — в январе, феврале — это мертвый сезон с точки зрения туризма. В это время тратится либо заранее накопленное, либо какие-то заказы выполняю, от сотрудничества с магазинами небольшие суммы поступают, — перечисляет гончар. — Люди некоторые пытаются выяснить уровень моего благосостояния. Спрашивают: «На жизнь хоть хватает?» Смотря кто что под жизнью понимает.

Наталья говорит, что попробовала любимое дело сделать своим предназначением.

— Другие годами работают на нелюбимой работе, делают то, что им не нравится, зарабатывают деньги, чтобы купить ненужные им предметы, чтобы произвести впечатление на того, кому на них наплевать. А то, что им нравится, то, что для души — это хобби. Не твое не станет твоим, да и у катафалка нет прицепа. Любые способности, любой талант дан свыше, его нужно развивать и делиться им с людьми, даже если это не приносит больших денег.

-10%
-20%
-25%
-51%
-20%
-50%
-20%
-33%
-70%