178 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Очевидцы сообщили о задержании ОМОНом велосипедистов на Цнянке
  2. Что сейчас происходит в Индии, которая шокирует мир смертностью от COVID-19? Рассказывают белоруски
  3. С чем полезнее съесть шашлык: с майонезом или кетчупом? Главное о здоровье за неделю
  4. Культурная революция в Китае: как школьники вырезали интеллигентов в рамках «классовой борьбы»
  5. Медики больше не будут прививать от ковида всех желающих в ТЦ «Экспобел»
  6. В Гомеле из-за вылетевшего на тротуар авто погибла девочка. Поговорили с экспертами и ГАИ, как защитить пешеходов в таких ДТП
  7. В обвинении по «делу студентов» прокуроры говорят о санкциях ЕС и США
  8. «Белавиа» отменила сегодняшний рейс в Тель-Авив. Полетят ли туда самолеты на следующей неделе?
  9. По деньгам выходит дешевле, чем отели. Путешествие на автодоме по Полесью
  10. И снова умерли 10 человек. Минздрав выдал свежую суточную статистику по коронавирусу в Беларуси
  11. Йоханнес Бё души не чает в жене и ребенке. Только взгляните на их семейную идиллию
  12. Генпрокурор: «Установлены сведения о еще живых нацистских преступниках. Из литовских батальонов СС и Армии Крайовой»
  13. Надежды нет? Прикинули, ждать ли белорусам тепла этим летом
  14. Какая боль в шее особенно опасна и что при этом делать нельзя
  15. Лукашенко говорил, что «несогласных» студентов нужно отчислить, а парней отправить в армию. Где эти ребята сейчас?
  16. Посмотрели цены на рынке «Валерьяново», куда приезжал Лукашенко, и сравнили с Комаровкой
  17. «Скинул 20 кг за 5 месяцев». Белорус рассказывает, как похудел, а потом набрал мышечную массу
  18. По центру Минска ранним утром гулял бобр. Рассказываем, что с ним приключилось
  19. Беларусь лишили права проведения этапа Кубка мира по биатлону
  20. «С такой болезнью живут до 30 лет». История Кати и ее сына Вани с миопатией Дюшенна
  21. Ваш народ от рук отбился. Почему у власти уже сбоит система распознавания «свой-чужой»
  22. Замначальника Генштаба рассказал о возможной отработке нанесения авиаударов НАТО по Беларуси и России
  23. Белорусы «без государства ни черта не сделают»? Собрали примеры, которые доказывают, что это не так
  24. Рост ВВП, долгов и заветные «по пятьсот». Кратко о том, как развивалась экономика в последние 10 лет
  25. «Среди стран Европы хуже только в Молдове и Албании». Изучили статистику по белорусской науке
  26. В «Песочнице» засадили овощами новые грядки, теперь полить и прополоть лучок может любой минчанин
  27. «За попытку скрыться». Задержали работника «Белоруснефти», который записал видео против насилия
  28. «Все средства будут использованы». Сколько денег белорусы уже собрали на восстановление костела в Будславе
  29. Суд по делу задержанной журналистки TUT.BY Любови Касперович не состоялся. Она остается на Окрестина
  30. «Здесь очень скучно». История Марии и Максима, которых по распределению отправили в агрогородок
реклама


/

«Получил травму колена во время игры, пришлось делать операцию. Пока проходил реабилитацию, пришло уведомление из клуба, что меня уволили за прогулы. Но как я мог играть с больным коленом?» — обрисовывает в двух словах свою историю бывший спортсмен-инструктор футбольного клуба «Сморгонь». Парень подал в суд на нанимателя, однако его иск не удовлетворили. FINANCE.TUT.BY узнал подробности истории.

Фото: primorye24.ru
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: primorye24.ru

«Сказали, что оказывать мне медпомощь не входит в полномочия администрации»

Футболист Андрей Стрижеус в марте прошлого года подписал контракт с футбольным клубом «Сморгонь». Парень говорит, что ему нравилась его работа. Но 30 мая, по его словам, он во время игры получил травму колена. Футболист рассказывает, что съездил в поликлинику.

— Вроде все обошлось, травму не оформляли. Но через 20 дней клуб меня направил на МРТ в Гродно. Я, если честно, к тому времени уже и сам его сделал. Медик в клубе посмотрел на результаты и сказал, что с ногой все в порядке, я могу тренироваться дальше, — рассказывает парень. — Однако 5 июля на тренировке я снова получил травму колена — оно буквально вывернулось.

Как говорит футболист, он сам себе вызвал скорую и его отвезли в сморгонскую больницу. Парню наложили гипс.

— Я понял, что парой дней отлежаться это не закончится, и попросил открыть мне больничный, поскольку во время моей болезни жить на что-то надо: у меня жена и двое маленьких детей, — продолжает Андрей. На больничный, по его словам, выйти не получилось. — В тот же вечер я попросил родственников на машине отвезти меня в Минск, где я зарегистрирован. Пошел в поликлинику по месту жительства, там мне дали больничный и отправили в РНПЦ травматологии и ортопедии. Врач в республиканском центре поинтересовался, кто меня вообще к тренировкам допустил: у меня порваны связки в колене, и нужна операция, иначе я не смогу играть в футбол.

После этого Андрей отправился на работу и попросил, чтоб его травму оформили как производственную. По его словам, руководство клуба согласилось. Вот только, как рассказывает парень, расследование несчастного случая затянулось, а не шло, как положено, 3 дня. Кроме того, в акте были указаны недостоверные сведения. К примеру, в нем написали, что он прошел обучение безопасным приемам выполнения физических упражнений, с ним проводился инструктаж о необходимых мерах безопасности, профилактики травматизма, первой медицинской помощи. Кроме того, в документе написали, что футболист прошел обучение по вопросам охраны труда. Ни о чем таком, как говорит парень, он даже не слышал. Футболист попросил переделать акт как положено, «но в ответ услышал только насмешки».

— Меня поставили в общую очередь на операцию, я ждал месяц. Операцию делал 3 августа за свой счет. Я гражданин Украины с видом на жительство в Беларуси. Поэтому для меня операция платная, отдал 400 рублей за нее, — рассказывает спортсмен. — Связался с «Белгосстрахом», потому что вычитал, что по травме на производстве возмещают расходы на лечение, есть обязательное страхование работников. Но мне сказали, что операцию оплатить не могут, потому что нет акта о несчастном случае на производстве, который подтверждает мою травму.

Фото: Александра Квиткевич, TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Александра Квиткевич, TUT.BY

«Больничный лист по травме на производстве оплачивается 100%, но дали только 15%»

Когда парень выписался после операции, врачи написали в рекомендациях, что ему нужно пройти реабилитацию в РНПЦ спорта.

— Я поехал туда. Спасибо реабилитологам, которые поставили меня на ноги. В клуб я привез справки, что прохожу реабилитацию. Заодно спросил у руководства клуба, можно ли мне получить какую-то материальную помощь, ведь у меня есть контракт, есть закон Беларуси, регламент Федерации футбола, по которым клуб должен заниматься восстановлением футболиста. Мне было отказано, — говорит Андрей. — Больничный лист по травме на производстве оплачивается 100%, за 2 месяца после операции — июль и август, мне пришло на карточку процентов 15 от моей зарплаты.

Через некоторое время, как рассказывает Андрей, ему перевели деньги на карточку.

— После операции, когда закончился больничный лист, меня отправили на МРЭК. Там мне поставили утрату трудоспособности 20%. 17 октября я отвез в клуб документы, справки, план дальнейшей реабилитации, — перечисляет футболист. — В коллективном договоре было прописано, что мне положена материальная помощь в связи с травмой.

Андрей рассказывает, что зарплату он в последний раз получил за 17 дней октября. Чуть позже, по словам парня, ему вручили уведомление, что он должен написать объяснительную за прогулы. Прогулами посчитали время, которое он находился на реабилитации, хотя документы из РНПЦ спорта он предоставил.

— После этого прямо из клуба я поехал в прокуратуру, написал заявление. Через 2 недели пришел ответ, что они все бумаги направляют в Сморгонскую межрайонную инспекцию по труду. Оттуда пришла проверка в клуб. Подтвердилось, что я был принят на работу без медосмотра, по технике безопасности, охране труда мне инструктажи не проводили, — рассказывает футболист.

29 декабря Андрею пришла из клуба бумага, в которой сообщалось, что он уволен за прогулы с 17 октября.

— Но я же с 10 августа по 23 января находился на реабилитации и документы, подтверждающие это, клубу предоставлял. Я собрал все необходимые бумаги и подал в суд. Параллельно написал бумагу в Федерацию футбола Беларуси. Там признали, что футбольный клуб действовал незаконно, и обязали его выплатить мне 2,5 тысячи рублей, это за тот период, что я был незаконно уволен. Руководство клуба написало письмо в Федерацию футбола, что у них нет денег, они не могут заплатить. Попросили отсрочку до 31 марта. До этого времени они перевели мне меньшую часть суммы.

Фото с сайта smolgazeta.ru
Снимок носит иллюстративный характер. Фото с сайта smolgazeta.ru

«Я не собираюсь сдаваться»

Рассказать свою версию этой истории футбольный клуб «Сморгонь» отказался. Директор сказал, что до вступления решения суда в силу ничего комментировать СМИ не будет.

Забегая вперед, скажем, что суд Андрей проиграл по всем статьям. Единственное, чего ему удалось добиться, — это проведения повторного расследования по поводу получения им травмы и составления нового акта.

Первое заседание было 27 февраля этого года.

— Мой иск месяц рассматривали. В марте было второе заседание, и в апреле — третье, — делится впечатлениями парень.

В решении суда написано, что «листок нетрудоспособности истцу был закрыт 16 октября 2018 года, приступить к труду было необходимо с 17 октября 2018 года, однако он не мог приступить к работе, т. к. после проведения лечения нуждался в реабилитации, с 10 августа по 16 января 2019 года истец находился на реабилитации в ГУ «Республиканский научно-практический центр спорта».

— Но мне сказали, что заключение реабилитологов — недостаточно веское основание, чтобы не появляться на работе. Я должен был ходить на работу, а реабилитацию проходить после работы, в свободное время. Но ведь моя работа — это играть в футбол. Я не мог этого делать по состоянию здоровья. Я предоставил документы, где указано, что срок моей реабилитации — от 6 до 9 месяцев. Но мне сказали, что утрата трудоспособности только 20%, а 80% я должен отдавать клубу, выполнять какую-то работу, к примеру подметать улицу. Но это не входит в мои обязанности. Если бы мне дали подписать какую-то бумагу, что меня переводят на другую должность или вносят изменения в штатное расписание, и тогда я отказался — это другой вопрос, — рассуждает Андрей. — Я бы стал инвалидом, если бы не проходил реабилитацию.

Также футболист просил присудить ему компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей, взыскать с клуба десятикратный средний заработок в связи с нецелесообразностью восстановления на работе, средний заработок за время вынужденного прогула с 17 октября 2018 года по день вынесения решения, средний заработок за задержку трудовой книжки с 17 октября по 31 декабря 2018 года.

Представители клуба и их адвокат не признали исковые требования полностью. Суд решил отказать в удовлетворении иска.

Но Андрей не собирается на этом останавливаться.

— Мне неважно, присудят мне какие-то деньги или нет. А важно, чтобы люди, которые допустили все эти нарушения, были наказаны. Я не собираюсь сдаваться, — говорит парень. — Хочу написать заявление в Следственный комитет, пусть специалисты разбираются. Кроме того, я подам заявление в вышестоящий суд.

-47%
-20%
-10%
-15%
-30%
-17%
-10%
-5%