Поддержать TUT.BY
143 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры


/

Когда Максим Лепешко решил открыть в Малорите первый фудтрак, ему советовали отказаться от этой идеи. Кому это нужно, вопрошали скептики и советовали найти нормальную работу с фиксированным графиком и стабильным заработком. Когда Антон Талашко решил открыть в Малорите первую точку по пошиву одежды с белорусским орнаментом, к нему тоже пришли скептики со своими советами: окстись, делом займись, не купят, прогоришь. Сейчас Максим кормит своими бургерами Малориту и соседние деревни, а худи, майки и сумки Антона продаются в сувенирных магазинах Бреста и Гомеля. Скептики все еще советуют ему найти нормальную работу с фиксированным графиком и стабильным заработком, но вопроса «кому это нужно» уже не задают.

  • Станислав КоршуновЖурналист TUT.BY

Что творится во время пандемии коронавируса в Малорите? Ничего. Только машин на трассах стало заметно меньше после закрытия пунктов пропуска «Олтуш» и «Мокраны» на белорусско-украинской границе.

— А вообще у нас на улицах и до пандемии было пусто, — смеется малоритчанин Антон Талашко, стоя на ступеньках двухэтажного здания, в котором он арендует комнату в углу на первом этаже, — Тут и карантина никакого не надо.

Антон — первый (и пока единственный) ламбер-хипстер в райцентре, а может, даже и во всей области. Выше пояса — суровый лесоруб с густой бородой и рубашкой в крупную клетку, ниже — городской модник в коротких отреставрированных дедовских джинсах 20-летней выдержки, которые Антон нашел на чердаке. Для полного соответствия двум образам одновременно ему не хватает топора в одной руке и смузи — в другой. У Антона в офисе нет ни того, ни другого. Зато есть лонгборд, набор глиняной посуды для китайской чайной церемонии и навороченная швейная машинка.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY
Антон Талашко

Мы привыкли к историям о том, как белорусы открывают свое дело в столице и облцентрах, где по сравнению с регионами лучше развита инфраструктура, попроще с кадрами и сбытом. А тут еще и первые итоги переписи-2019 не прибавляют оптимизма: белорусы стремятся в Минск, а районы продолжают терять людей.

Тем не менее найдется немало тех, кто решился запустить свой бизнес не в крупных городах — и создать новые рабочие места и пополнить местный бюджет налогами. Наш новый проект «Бизнес в регионах» — о белорусах из глубинки, которые берут и делают.

«С восьми до пяти в лицее, потом прихожу в мастерскую и до поздней ночи шью»

Антон проводит нас по темному коридору в свой швейный цех размером с комнату в хрущевке. Включает электрочайник, усаживается в кресло и расставляет по журнальному столику глиняную посуду на чабане — чайной доске.

— Отсюда многие уезжают. У меня из 50 знакомых по школе в Малорите осталось человек 10, наверное, — начинает Антон разговор о вечном под шум кипящей воды и глухой стук пиал по бамбуку.

Антон из тех немногих, кто уехал и вернулся. Родился и вырос он в Малорите, окончил местную школу, подал документы в университет, не поступил и год работал с отцом-предпринимателем, который занимается электрикой.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY

Со второй попытки парень поступил на бюджет энергетического факультета Гомельского технического университета. План на ближайшую пятилетку у студента-первокурсника был предельно прост: окончить, получить диплом инженера и пойти работать на завод. Возможно где-то в параллельном мире параллельный Антон именно по той дорожке и пошел, а наш на последних курсах вуза подсел на белорусскую культуру и ушел с головой в вышивку и орнаменты. Как шутит Антон, услышал зов предков — его дед был портным.

— Вон его швейная машинка стоит, — показывает Антон на раритетный Singer в углу возле двери. — У меня все началось с орнамента. Тогда в моде были вышимайки. Я решил тоже этим заняться. Первые орнаменты вышивала мама на своей швейной машинке. Я приезжал из Гомеля в Малориту, показывал орнамент, привозил майки, а она вышивала. Потом она научила меня работать и уже сам справлялся. Первые майки продавал на разных фестивалях, маркетах. В то время их очень хорошо раскупали.

Антон получил диплом инженера-энергетика и вернулся в Малориту отработать распределение в местном профессиональном лицее сельскохозяйственного производства. В местном ссузе молодому специалисту доверили преподавать вчерашним школьникам электротехнику и материаловедение.

— В лицее я проработал три года — остался на год еще после распределения. Честно скажу, было классно. Конечно, были и сложные группы. Но их мало. Как правило, из пяти групп будет одна сложная. А так там толковые ребята. Предметы свои я хорошо знал еще с университета. Приходил на занятия к 8.00, уходил в 17.00. При таком графике я все свои пары отрабатывал до мая и по сентябрь был свободен, — рассказывает мастер.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY
На фото Антон с женой Александрой, которая помогает ему с заказами

С самого первого дня своего распределения Антон знал, что по специальности работать не будет. В Малорите он оформил ИП, арендовал мастерскую и стал по вечерам после занятий вышивать орнаменты на футболках.

— Бывало такое, что я с восьми до пяти в лицее, потом прихожу в мастерскую — и до поздней ночи шью. У меня так прошлый год незаметно пролетел. Я тогда оглянулся, подумал — а когда же мне жить? И уволился из лицея, чтобы больше времени уделять вышивке, — говорит Антон.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY

«По меркам Бреста или Минска это мало, а для Малориты хватает»

Работа на обычной домашней машинке шла медленно, на одну майку у Антона уходило около трех часов. Поэтому в 2016 году он подал заявку на конкурс ЕС/ПРООН по содействию развития на местном уровне. Проект Антона по популяризации национального орнамента зацепил жюри, и в 2016 году он получил на его реализацию 13 тысяч евро. По сути, это и стало первой ощутимой инвестицией в его бизнес. На эти деньги он купил новую швейно-вышивальную машину, компьютер, стол и программу для разработки дизайна.

Новая машинка сократила время работы в шесть раз. Постепенно и ассортимент расширился. Теперь это не только майки и худи, но сумки и палантины. Есть с национальным орнаментом, есть с белорусскими мотивами: аистами, зубрами, а также коллекция, посвященная картинам Марка Шагала и коврам Алены Киш.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY

— Люди от вышимаек подустали. Сейчас мы больше ориентируемся на современный дизайн с элементами традиций. Наверное, единственное, что до сих пор хорошо продается с орнаментом, — это розовый худи с птичками и надписью «Каханне», — признается Антон.

Свою продукцию Антон продает в магазины Бреста и Гомеля, а также через свои группы в соцсетях. Майки стоят по тридцать пять рублей, поясные сумки — сорок, свитшоты — 75 рублей, худи — 89.

Также иногда поступают корпоративные заказы на покупку льняных сумок или сувениров. Все заказы Антон отправляет почтой. В Брест он приезжает раз в три месяца, чтобы купить майки, худи и швейную фурнитуру.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY
Антон заправляет нитку в иголку. На швейной машинке уже выставлена программа

Как отмечает мастер, его заработки разнятся от месяца к месяцу. Если вычесть налоги, отчисления в ФСЗН, около 250 рублей расходов на аренду и коммуналку, то в среднем бизнес приносит ему 600−700 рублей чистой прибыли.

— По меркам Бреста или Минска это мало, а для Малориты хватает, — говорит Антон. — Можно переехать в Минск или Варшаву, но от себя не убежишь. Мне здесь комфортно. Тут, бывает, и зарабатываешь меньше, чем на заводе каком-нибудь, но зато свободен.

«Денег там не было, развитие такое себе»

В десяти минутах ходьбы от мастерской Антона на улице Советской стоит первый в райцентре фудтрак. Большая деревянная бочка стоит на прицепе между продмагом и жилым домом. Внутри передвижной бургерной Максим Лепешко в ожидании клиентов листает в мобильнике ленту соцсетей, посматривая периодически из квадратного окошка на пустую улицу.

— У нас днем тихо, — улыбается Максим. — Основной поток вечером, когда люди с работы возвращаются и детей из школ забирают, и в конце недели.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY

Жизнь 28-летнего Максима по прямой шла где-то до девятого класса школы. А потом — развилки, съезды и тупики. Сложись все по-другому, он мог бы сейчас играть в футбол в Бресте, работать физруком в деревне Ланская или заниматься производством арахисового масла в Барановичах. Где-то в параллельных вселенных параллельные Максимы этим и занимаются, а наш готовит в Малорите вкусные бургеры.

— Я воспитанник футбольной школы «Динамо» Бреста, — начинает Максим издалека, — Футболом я занимался еще до прихода в клуб больших денег. С седьмого класса ездил из Малориты в Брест на тренировки, а с десятого был на контракте с дублем. В первую команду не попадал, потом скитался по арендам. Предложения были по Первой лиге, но денег там не было, развитие такое себе. Решил, что хватит с меня. Взял и обрубил это все, — рассказывает Максим.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY

Максим бросил большой спорт и сосредоточился на учебе. В то время он оканчивал заочку минского педа по специальности "менеджер спорта и туризма".

— Нужно было отрабатывать практику. Я попал в маленькую сельскую школу деревни Ланская Малоритского района. Работал физруком. С администрацией у нас отношения не сложились. Я работал, пытался делать что-то новое, а мне говорили: «Не надо». Я там не задержался: прошла практика и я вернулся в Малориту, — рассказывает Максим.

«Кому это нужно, иди лучше работай, у тебя же есть высшее образование»

На малой родине парень долго без дела не сидел. Друг семьи по имени Василий, который сам поднялся от фельдшера до владельца магазина техники, предложил Максиму поработать у него.

— Говорит: «Приди, попробуй». Для меня это уже была третья профессия. Я сказал: «Ну давай». Пришел, мне все рассказали, показали. Со временем я понимал там все. Потом мы расширились и открыли отдельный магазин с компьютерной техникой. Меня туда отправили заправлять всем самому. На мне были поставщики, заказы, продажи. Я проработал там полтора года и почувствовал потолок, хотелось уже открыть свое что-то, но не было капитала.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY

Знакомый Макса предложил ему переехать в Барановичи, чтобы открыть на двоих свое дело. Парень уволился, собрал вещи и переехал. Планы были наполеоновские: идея заглохла, партнеры поссорились. Конец банальный: ни бизнеса, ни друга, ни тысячи долларов первоначальных вложений.

— Барановичи, конечно, были плохим опытом, но свои выводы я сделал, — признается предприниматель. — В то же время окончил бизнес-курсы в Минске, получил знания, контакты…

Макс опять вернулся в Малориту — чтобы все начать все с нуля. Набитые в Барановичах шишки еще болели, в карманах было пусто. Что-то делать хотелось, а что — непонятно.

— Я ездил по городу, думал, что здесь будет работать. Держал в голове, что идея — самый дорогой товар на свете. Однажды вышел во дворе дома покосить газон и увидел пятачок за забором. Площадь пять на пять метров. Локация: центр. Стационарная точка общепита сюда не станет, а почему бы фудтрак не поставить? Я знал, что это сработает. А если нет — то хуже мне уже не будет. Сестра и девушка меня поддержали, остальные — нет. Началось со всех сторон: «Кому это нужно, иди лучше работай, у тебя же есть высшее образование». Это очень сильно давило.

«Думали, что все, не выгорело»

Стартовый капитал составил около 8 тысяч долларов. Из них 3100 стоил фудтрак, еще около 400 ушло на то, чтобы провести к парковке электричество и поставить электрощиток. Остальное — расходы на оборудование, многое из которого приобреталось в рассрочку. Личных накоплений Максима на открытие своего дела не хватало, поэтому он нашел инвесторов, которые вложились в проект за долю в бизнесе.

— Мы когда выбирали фудтрак, нашли два варианта: один наш, маленький, второй побольше. Он в длину был пять метров и стоил около 6000 долларов. К тому моменту я уже наслушался о том, что никому мой фастфуд не нужен и никто у меня не будет ничего покупать. Ты вроде отталкиваешь эти разговоры, но что-то все равно оседает в голове. Поэтому перестраховался и взял поменьше. Если бы покупал фудтрак сейчас, то однозначно брал бы побольше. Эти полтора метра, на самом деле, решают: больше места, больше оборудования, — говорит предприниматель.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY

Изначально в фудтраке Максим планировал продавать только хот-доги, картошку фри и знаменитые барановичские лодочки. Для последних пришлось даже заказывать вафельницу почти за 800 долларов из США.

На реализацию идеи ушло всего три месяца — Максим спешил, чтобы успеть ко Дню города. 6 октября 2018 года его фудтрак открыл свое окошко для клиентов.

— Открылись в 9.30 — и до 10.00 у нас никого не было. Думали, что все, не выгорело. А потом пошли толпы. Очень много людей стояло. Человек по семь в очереди было до самого закрытия. Наплыв был такой, что у нас работали все: мы с девушкой за прилавком на износ, семья помогала. Даже друг-повар подключился и экстренно помог с заготовками, — говорит Максим.

За первый день работы фудтрак принес около 600 долларов выручки. При этом расходы на продукты составили примерно треть от этой суммы.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY

«Только мы ввели в меню бургеры — лодочки перестали брать»

Бизнесом Максим занимается на пару со своей девушкой. Со временем они поменяли меню: от лодочек отказались и перешли на бургеры:

— Купленная в Штатах вафельница себя оправдала. Мы на лодочках ее окупили и немного заработали. Но потом их перестали брать. Как я для себя решил, эти лодочки на большой объем работают только в Барановичах. Там это бренд. Я когда был в Барановичах, то всегда замечал, что за этими лодочками стоят очереди. А у нас люди, наверное, уже их переели. Как только мы ввели в меню бургеры, лодочки перестали брать.

Сейчас бургеры — главное блюдо фудтрака. Поставщиков ингридиентов нашли за границами Малоритского района. Замороженные котлеты везут из Каменца, а булки — из Польши и Литвы через официальных дилеров. Рецепты начинок придумывали сами, смотрели ролики в YouTube, гуглили, читали, готовили, пробовали, смотрели, что идет, а что нет. Некоторые позиции помог составить друг повар, который работает в заведениях Санкт-Петербурга.

— Мы включали разные бургеры в меню, смотрели, что людям нравится, что вкусно — и уже решали, что оставлять, а что нет. Сейчас у нас в меню по бургерам 16 позиций.

Самый бюджетный бургер в фудкорте Максима стоит 2,6 рубля, самый дорогой — 8,5.

— Сначала нашими главными клиентами были дети — прибегали за картошкой фри. Они ее в таких объемах ели, как будто в Малорите ее до нас не было. Потом дети притянули родителей. Взрослые покупали им фри, а себе — бургер. Сейчас наши клиенты — это люди в возрасте до 35 лет. Хотя и бабушки приходят.

— За бургерами?

— За беляшами. Это для них все. Несколько дней назад подходила женщина из деревни, хотела купить беляш, а они у нас закончились. Спросила, что такое бургер. Я рассказал, объяснил, купила. Когда ты работаешь в таком городе, как Малорита, важно разговаривать с людьми. Пускай я потрачу свое время на объяснения, но она попробует бургер, а потом приедет в свою деревню и остальным расскажет, как это вкусно. В таких городах это лучший маркетинг.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY

«Фестивали — это наш хлеб»

Недавно открыли и доставку. Бургеры Максим развозит по Малорите и близлежащим деревням района. Доставка бесплатная по городу при заказе от пяти рублей, по району — от 20.

— Весной, летом и осенью у нас сезон и много по деревням заказывают. По городу тоже хватает вызовов. Бывает, что целый день никого, а потом за раз сразу четыре заказа. Иногда на месте людей нет, а доставок много. Плюс доставки в том, что люди редко заказывают на дом только один чизбургер. Берут сразу много, на компанию, — рассказывает Максим.

По подсчетам Максима, за полтора года работы фудтрак окупился примерно на 30%. Дневная выручка зависит от наплыва клиентов. В среднем от 100 до 350 рублей.

— В этом году сложно из-за того, что выездов будет мало. А фестивали — это наш хлеб. Сказать, сколько я получаю в месяц, сложно. У предпринимателя же нет фиксированной зарплаты. Но и сейчас заработка хватает и на жизнь, и на то, чтобы долги потихоньку отдавать, и на развитие.

— Но нет пока желания бросить все и уйти на зарплату «куда-то работать, у тебя же высшее образование»?

— Честно? Пока нет. Я вижу перспективы, вижу, как развиваться и куда идти.

Планов на будущее у Макса — громадье: делать свои крафтовые булки для бургеров, добавить в меню пиццы, оптимизировать доставку, купить машину побольше, чтобы чаще выезжать на фестивали, оборудовать посадочные места.

— Сейчас из-за коронавируса сложная ситуация в общепите, но пока справляемся. Уже подготовили новое меню, разработали собственные смузи, добавили оборудование, обновили холодильник, доделываем беседку для посадочных мест. Я свой бизнес веду максимально честно. Созваниваюсь с поставщиками, объясняю все как есть. Я знаю, что если я человека обману, то подставлю его перед руководством. Как итог, он со мной потом просто не будет работать. Нужно работать и постоянно думать головой, все решаемо. Главное — честность.

-10%
-10%
-50%
-10%
-10%
-50%
-10%
-70%
-25%
-51%