реклама
Испытательный
Банк ВТБ
14%
Всё серьёзно
Банк ВТБ
19.9 - 26.9%
Новенький
Банк ВТБ
19.9 - 29.9%

Все кредиты

Рублю, Ergo Sum онлайн-депозит
Белорусский народный банк
13.75%
СуперСемь
Банк ВТБ
10.9 - 13.4%
Рублю, Ergo Sum онлайн-депозит
Белорусский народный банк
13.5%

Все вклады


Марина Суханова /

Артем и Ольга Головий живут в Минске и воспитывают пятерых детей, в том числе одного усыновленного. Из-за онкологии 11-летней дочери Мелании они попали в отдельную категорию семей, которой полагаются определенные выплаты, включая пособия на каждого ребенка старше трех лет. Сначала деньги платили, а потом — перестали. За девять месяцев родители недосчитались около 5400 рублей. Оказалось, выплату нужно было переоформлять каждый год, а семья обратилась в соцзащиту на 2,5 месяца позже установленного срока. При этом о необходимости переоформлять пособие семью не уведомили. Не добившись правды в соцзащите, Артем и Ольга пошли искать справедливость в суде.

Фото: Марина Суханова
Фото: Марина Суханова

«Надо было закон изучать, а не посты про дочь писать»

— Пытался объяснить, что мы были озабочены только здоровьем дочери, что в социальных сетях у меня все посты про Меланию и поиск денег на лекарства. Замначальника управления соцзащиты ответила: «Надо было закон изучать, а не посты про дочь писать», — вспоминает отец семейства Артем Головий.

Острый лимфобластный лейкоз у Мелании диагностировали в феврале 2018 года. Началось лечение в детском онкологическом центре. В марте девочка прошла медико-реабилитационную экспертную комиссию и получила удостоверение ребенка-инвалида с четвертой степенью утраты здоровья на два года. Этот статус стал основанием для назначения госвыплат: пособия по уходу за ребенком-инвалидом для матери Ольги, пенсии по инвалидности для самой Мелании и пособия на всех остальных детей старше трех лет из отдельных категорий семей, включая Меланию.

Пособия и пенсия были оформлены в апреле в управлении соцзащиты администрации Фрунзенского района Минска. Тогда же их стали выплачивать в полном объеме. Ежемесячно семья получала около 1200 рублей.

Фото: Марина Суханова

— Решение о выплате нам не дали, — обращает внимание Ольга. — Мы не знали точные суммы. В тот момент нам было не до того.

Более полугода Мелания находилась на интенсивной химиотерапии. Боровляны посещали два раза в неделю, ездили в основном на такси. Шесть раз ей приходилось лежать под капельницей с «химией» по шесть часов, а также терпеть люмбальные пункции в позвоночник.

— Представьте, что в позвоночник вставляется игла. Пациенты орут, словно их режут. Кто-то под наркозом делает, но раз в две недели под наркозом не получится, — поясняет Артем.

«Пятнадцать процентов жизни в ней осталось»

В конце августа того же года семье пришлось пережить страшную трагедию: Мелания впала в кому. Она подхватила бактерию, безопасную для здоровых людей, но только не для ослабленного химиотерапией организма.

— Для нас это был шок. Ее забрали в реанимацию, ввели в медикаментозный сон (кому), и три недели она находилась в таком состоянии. Она не двигалась, аппараты работали вместо ее органов. Пятнадцать процентов жизни в ней осталось, говорили врачи, — рассказывает дрожащим голосом мать.

Фото: Марина Суханова
Фото: Марина Суханова

Когда Мелания пришла в себя, начался долгий период реабилитации.

— По сути, дочке пришлось учиться жить заново. Ее кормили через зонд. Пролежни… Она не могла ходить, двигаться, — рассказывает Артем.

— Врачи не знали, как инфекция подействует на организм, — вспоминает Ольга. — Мог быть поражен мозг. Никто не давал гарантий, что она нас вспомнит. Мы не могли представить, как может случиться так, что она не узнает нас.

— Мы были заняты тем, чтобы восстановить ее, — добавляет отец семьи. — В таком состоянии мы начинали 2019-й год.

«Мы были полностью поглощены лечением, опомнились только в сентябре»

Спустя год с момента комы у Ольги случился разговор о выплатах по инвалидности с подругой Татьяной, у которой один из двух детей болен раком. Оказалось, она получала столько же, сколько и семья Головий с пятью детьми — 600 рублей.

— Мы были полностью поглощены лечением, — объясняет Артем. — Были рады, что ребенок живет, дышит. Опомнились только в сентябре. Начали это дело копать, пошли в управление социальной защиты администрации Фрунзенского района.

Выяснилось, что девять месяцев, с января по сентябрь 2019 года, семье не платили около половины положенной суммы. Они получали только пособие по уходу за ребенком-инвалидом и пенсию по инвалидности — их выплачивают столько, сколько действует удостоверение ребенка-инвалида. А вот пособие на детей старше трех лет из отдельных категорий семей не платили. Его нужно переоформлять в январе каждого года, однако при подаче первого заявления семью об этом не предупредили.

— Сотрудник соцзащиты удивилась и спросила: «А вас что, никто не предупредил?», — вспоминает Ольга.

— Я обомлел: почему вы не уведомили нас, не прислали письмо, не позвонили? — возмущается Артем. — Мы не знали, что документы нужно переоформить. Никто об этом не предупредил. Мы продолжали жить, заниматься Меланией и получали сумму на 50% меньше.

Супруги писали жалобы в администрацию Фрунзенского района и в Мингорисполком. Обращались с просьбой выплатить пособие за период с января по сентябрь и везде получали отказ. На переоформление этого пособия отводится полгода — с января по июнь, а семья Головий пришла в сентябре.

Фото: Марина Суханова
Фото: Марина Суханова

В ответе администрации Фрунзенского района также говорится: «Одновременно сообщаем, что о порядке назначения и выплаты пособия Вы были поставлены в известность, о чем свидетельствует Ваша подпись в заявлении от 26.04.2018».

Фото: Марина Суханова
Фото: Марина Суханова. Документ, в котором Ольга Головий поставила подпись

— В апреле 2018 года, при подаче первого заявления, Оля где-то расписалась. Представьте состояние матери в тот момент. Мы узнали страшный диагноз Мелании. Жизнь семьи круто перевернулась. Как можно ссылаться на какие-то подписи в бумагах? — задается вопросом Артем.

«Как можно доверять защите, которая так поступает с людьми»

Большую часть денег семья тратит на лечение Мелании. Лекарства для химиотерапии они покупают в Германии. За квартал выходит 1100−1300 евро. Помимо этого, Мелании нужно принимать гормоны, антибиотики, питаться определенным образом и ездить в онкоцентр.

Фото: Марина Суханова
Фото: Марина Суханова

Супруги обратились в суд, чтобы вернуть пособие за тот период, когда его не платили. Надев полученный за воспитание пятерых детей орден Матери и вооружившись отказами соцзащиты о выплате пособия, Ольга пришла на первое заседание.

Фото: Марина Суханова
Фото: Марина Суханова

— Сначала судья настаивала, что мы жаловались не в те органы. Но как же принцип «одного окна»? — недоумевает отец семейства. — Ответчики из двух инстанций, куда мы жаловались, не пришли, но по запросу судьи прислали документы, в которых Оля якобы расписалась. Не разобрав, что в них написано, судья сказала, что все поняла. Наверное, она поняла, что перед ней стоят люди, которых водят за нос.

В результате супругов отправили писать заявление о выплате пособия за период, когда они его не получали, в комиссию по назначению государственных пособий семьям, воспитывающим детей, и пособий по временной нетрудоспособности управления социальной защиты администрации Фрунзенского района. В управлении соцзащиты Артем и Ольга встретили тех же людей, которые столько раз отказывали, но сейчас приняли заявление и документы.

— Мы были в коме, выходили из комы и не могли думать о каких-то пособиях, — рассуждает Артем. — Орган называется «социальная защита», а значит, должен меня защищать. Но как можно доверять соцзащите, которая так поступает с людьми?! Полгода мы сражались за свое право. Мы стали действовать, но, возможно, не каждый на нашем месте смог бы бороться. Семья в тяжелой ситуации обычно закрывается, и кто поможет ей в таком случае?

Следующее судебное заседание состоится 14 апреля.

«Ситуация оказалась лакмусовой бумажкой для законодательства о государственных пособиях»

Мы обратились за комментарием к юристу Даниле Смольскому:

— Ситуация семьи Головий оказалась лакмусовой бумажкой для законодательства о государственных пособиях. На поверхность всплыли принципиальные недостатки, на которые законодателю уже сегодня необходимо обратить пристальное внимание.

Фото: Марина Суханова
Фото: Марина Суханова

Во-первых, в статье 2 Конституции предусматривается, что гарантии реализации прав человека являются высшей ценностью государства. Во-вторых, в статье 3 Кодекса Республики Беларусь о браке и семье говорится, что государство проявляет заботу о семьях путем выплаты им государственных пособий. В данном случае семья Головий реализовывает свое право на получение пособия, а государство гарантирует, что это право будет реализовано.

Получается, что право на получение пособий является абсолютным правом и не может быть поставлено под какое-либо условие. Однако в Законе «О государственных пособиях семьям, воспитывающим детей» есть условие о начислении пособия при обращении в течение полугода. То есть право граждан на получение пособия поставлено под условие.

В этом же законе установлено, что «государственные органы обязаны разъяснять гражданам их права и обязанности по вопросам назначения и выплаты государственных пособий» (статья 5, п. 2.3). Как показала ситуация семьи Головий, человек может либо не знать, что ему нужно обратиться в течение полугода за назначением пособия, либо пропустить срок из-за концентрации внимания на другом вопросе — жизни и здоровье детей, например.

В данном случае, на мой взгляд, никакого информирования не было. Подпись Ольги стоит под неразборчивым текстом. Кроме того, в тексте, как это можно понять, стоял абсолютно другой вопрос — выплаты пенсии на ребенка-инвалида.

Еще один интересный момент — два понятия в законе: назначение пособия и его выплата. В документе не говорится, что при пропуске срока на назначение пособия заявитель утрачивает право на выплату пособия и его фактическое получение.

Следующий момент — суд, который делал упор на то, что семья Головий обращалась за назначением пособия не туда, куда нужно. Во-первых, они обратились правильно, несмотря на то, что есть специальная комиссия, которая занимается этим вопросом. Во-вторых, в Законе «Об обращениях граждан» четко прописано, что если человек обратился в орган, который не уполномочен рассматривать вопрос, то в ответе нужно объяснить, куда обратиться, или перенаправить запрос в нужный орган.

Фото: Марина Суханова
Фото: Марина Суханова

В данном случае семье дали конкретный ответ по существу вопроса, что выплата не положена. Если бы обращение было не по адресу, то и ответ должен был быть соответствующий.

В процессе судебного разбирательства всплыло интересное противоречие: по запросу суда от комиссии было получено сообщение, что семья Головий к ним не обращалась и комиссия не отказывала в выплате, а администрация утверждает, что пособие не положено.

У нас уже есть предварительная договоренность об обращении в Конституционный суд с просьбой о проверке некоторых норм Закона «О государственных пособиях семьям, воспитывающим детей» на предмет их соответствия Конституции. Как минимум закон нужно дополнить уважительными причинами, при которых пропуск срока не будет являться причиной для невыплаты. Как максимум — этот срок в полгода нужно вообще оттуда исключить.

-25%
-10%
-10%
-20%
-10%
-50%
-10%