1. 35 лет после Чернобыля. История женщины, родившей сына в апреле 1986-го
  2. Акции в поддержку Навального в России: задержаны более 1600 человек
  3. Власти смогут вводить ограничения и запреты по валютному рынку. Среди причин — падение рубля
  4. Как самому недорого создать эффектный сад без помощи ландшафтного дизайнера. Вот простые советы
  5. Белорусы жалуются на задержку пенсий и пособий. В Минтруда пояснили, в чем дело
  6. Замглавы МИД Литвы: Посол США, не получившая белорусскую визу, возможно, временно будет проживать в Вильнюсе
  7. Точки над i. От назначенной на четверг встречи Лукашенко и Путина ждут судьбоносных решений
  8. В Минздраве рассказали о количестве привившихся от коронавируса и поствакцинальных реакциях
  9. В Оршанском РУВД в кабинете нашли тело сотрудника милиции. СК проводит проверку
  10. «Однушки» — от 170 долларов. Что сейчас происходит на рынке аренды квартир в Минске и что дальше
  11. Многодетная семья всего за год переехала из «двушки» в свой дом. Вот их история и все расчеты
  12. Преподаватель гомельского медунивера от руки рисует лекции для студентов — и им нравится
  13. Прорыв трубы в Чижовке: затопило дорогу, в трех районах Минска проблемы с водой. Поврежден и газопровод
  14. В Беларуси запретили продажу популярного печенья, которое было во многих магазинах. Что с ним не так
  15. Пособие на погребение снова сократилось. В ФСЗН рассказали, сколько оно сейчас составляет
  16. Убита телохранителем, погиб от рук племянника. Как глав государств убивают на посту
  17. «Все границы перешли!» Путин о «попытке госпереворота и убийства Лукашенко» в Беларуси
  18. В Минске и окрестностях — много силовиков и колонны техники. В МВД говорят, что «плановые учения»
  19. «Согласился с обвинением». Что сказали в суде предшественник Бабарико на посту главы банка и преемник
  20. «В пандемию люди соскучились по общению». В Минске открылся клуб с настолками и баром, сходили туда
  21. Гинеколог — о заболевании, которое может не иметь симптомов и при этом мешать женщине родить
  22. Новые выборы уже в этом году и права человека. Парламентская ассамблея Совета Европы приняла резолюции по Беларуси
  23. Вводят новшества по валютному рынку. Что они означают для белорусов
  24. Проект Суперлиги оказался полным провалом. Турнир отменили, а клубы испортили себе репутацию
  25. Помните, в Жодино милиционер ударил женщину? На одну из участниц той истории завели дело
  26. «Череп маленький — мозг не помещается». История мамы парня, который родился с микроцефалией
  27. В Минске заметили эксклюзивный внедорожник с клиренсом полметра и ценой почти полмиллиона евро
  28. Отдых в пандемию: можно ли съездить в автобусный тур и обязательна ли самоизоляция после возвращения
  29. Знакомьтесь с отважной белоруской, которая решилась взойти на самую высокую вершину земли
  30. КГБ: по «делу о госперевороте» обвинения предъявлены четырем лицам. Все они дают признательные показания
реклама


/

Светлана Купреева — близкая подруга семьи Бабарико и бывший член его инициативной группы. Уже больше 9 месяцев она находится в СИЗО КГБ. Ее подозревают в уклонении от уплаты налогов, чем она якобы нанесла государству ущерб на сумму, эквивалентную почти 4 миллионам долларов. При этом Светлана на пенсии подрабатывала бухгалтером в разных мелких фирмах и жила вместе с мамой в старой хрущевке, которая последней и принадлежит. Мы поговорили с подругой и мужем Светланы и узнали, как она себя чувствует, как проводит время в заключении и о чем пишет родным в письмах.

Фото: Facebook/Светлана Купреева
Фото: Facebook/Светлана Купреева

Муж Светланы: «Ее маме больше 80 лет, она нуждается в постоянном уходе»

Первое, что говорит о Светлане ее муж Михаил: она до сих пор настроена оптимистично и держится молодцом. Несмотря на то, что она просидела за решеткой без малого 10 месяцев, письма ее всегда позитивны.

— Самое тяжелое — это ограничение свободы и неопределенность, ведь ей так до сих пор ничего не предъявили и могут это сделать в любой момент, и что угодно. Начиная с осени никаких следственных действий не проводится. Ее просто держат, — рассказывает Михаил. — Адвокат периодически, когда ей продлевают срок содержания под стражей, пишет жалобы, просит изменить меру пресечения, однако безуспешно.

Михаил считает, что Светлане могли бы запросто изменить меру пресечения на домашний арест или подписку о невыезде, ведь «она никого не убила и не представляет совершенно никакой опасности для общества».

— Маме Светланы больше 80 лет, она нуждается в постоянном уходе. А сейчас ей многое приходится делать самой. Я нахожусь не в Минске, мне, чтобы ей помочь в чем-то, приходится ездить за 100 километров. Но я все равно приезжаю, что-то помогу, подвезу. Родственников в Минске нет, живут все в Брестской области. Они хотели забрать ее туда, но она отказалась, сказала, что поближе к дочке хочет быть. Друзья Светланы помогают, спасибо им большое за это. Но людям же нужно и своими делами заниматься. Да и из-за коронавируса опасаемся тоже, когда кто-то приходит в дом. То есть пожилая женщина большую часть времени уже почти 10 месяцев находится одна, — говорит Михаил.

По его словам, мама Светланы Татьяна Николаевна молодец, очень хорошо держится. Изучает прессу, следит за событиями, разбирается во всем. Постоянно пишет Светлане письма. Светлана тоже очень часто пишет и маме, и ему, и друзьям. «С перепиской никаких проблем нет, все доходит».

— Единственное, что печатные не пропускают. Хотел отправить текст песни на итальянском — не дошел, — продолжает Михаил. — Светлана пишет, что очень много читает.

Передачи Светлане, как рассказывает Михаил, приносят регулярно. Она все время пишет, что «не надо так много продуктов передавать, их хорошо кормят».

— Говорит, что фигуру испортит. Единственное, чего много передаем, — это воды, потому что там она очень плохая, — делится Михаил. — А вот лекарства передать туда не очень просто. Принимают только в определенных упаковках. Светлана там заразилась коронавирусом. Так для лечения приняли только кое-что.

Также Светлана писала Михаилу, что в последнее время их постоянно переводят из камеры в камеру, подселяют новых людей. Поэтому их количество в камерах постоянно меняется: то три, то четыре, то пять.

Подруга: «Сядзелі ўсе жанчыны плюс-мінус 60 гадоў у камеры без туалета. Цяпер разумею, пры чым тут вядро»

Светлана активно переписывается и со своей подругой Верой Голубович и ее мужем Леонидом. «За все время уже скопилась огромная стопка писем», — подтверждает подруга.

— Перадачы Свеце я не нашу. Іх могуць перадаваць толькі людзі, на якіх напісана заяўленне. Перадачы возіць іншая сяброўка — што ў мамы забірае, што сама купляе, — рассказывает Вера Голубович. — Я таксама заходжу да мамы Святланы, але не так часта, таму што зараз кавід, а раптам я акажуся носьбітам, мы ж ніякія тэсты не робім. Нядаўна ў яе быў дзень нараджэння, я да яе заходзіла. Але мы больш па тэлефоне размаўляем, у асноўным гаворым пра Свету.

Почти в каждом письме, по словам подруги, Светлана рассказывает, с какими хорошими людьми сейчас она находится.

— З ёй у камеры вельмі пазітыўныя жанчыны. Яшчэ адна сяброўка Святланы казала, што там не простыя людзі сядзяць, ёсць тыя, хто працаваў у банках, менеджары. Не так даўно яна там адзначыла дзень нараджэння. Вось што пісала: «Мы опять вчетвером. Уже другим немного составом. Все люди хорошие, примерно моего возраста. Живем очень дружно. Девочки меня так красиво поздравили, стихи написали. Андрей, брат, тоже написал. Кушаем каждый день очень вкусно. У нас кафе „СИЗОнное“. Вот сегодня делали такой салатик: свекла режется как листочки, сыр по рецепту творожный, но у нас какой есть — тоже режется, и красная рыба — она порезанная. По тарелкам раскладываются три кусочка свеклы, заправленной подсолнечным маслом и подсоленной, сыр и рыба. По рецепту еще базилик, но и без него вкусно», — зачитала отрывок из письма Вера Голубович. — Я не стала паўтараць гэты рэцэпт. Неяк не ўяўляю тварожны сыр у такім салаце.

Друзья и знакомые поздравляли Светлану в социальных сетях с днем рождения, который был в феврале

— «Еще тюрьма очень развивает чувство юмора, которое здесь просто необходимо и очень сплачивает коллектив. Так что постоянно шутим. Читаем — только освещение очень плохое в нашем „люксе“. Изучаем языки — моя соседка польский учит», — зачитала еще один отрывок из письма подруга Светланы. — А сама яна ўдасканальвае англійскую мову і яшчэ хацела італьянскай заняцца. Але не ведаю, ці занялася.

Компания, в которой сидит Светлана, как она пишет в письмах, постоянно меняется.

— «У нас в комнате сегодня случилось пополнение. Нас уже пятеро в четырехместном номере. Но в тесноте, да не в обиде. Такие интересные все, замечательные люди. Как писал Леня, „абцірайся між людзей, чалавекам будзеш“. Книги нам на прошлой неделе поменяли, так что читать есть много. Лампочку на заказ купили, завтра поменяют», — цитирует собеседница письмо. — Яна пісала, што ў іх там ёсць бібліятэка больш-менш прыстойная. Я не чула ад яе, каб там былі кнігі адной Марынінай ці Данцовай.

Подруге Светлана также рассказывала, что заразилась коронавирусом.

— Яна казала, што ім падсялілі жанчыну — яна самая старэйшая была ў камеры — 65 гадоў. У яе і аказаўся вірус. Але яна лягчэй за ўсіх перахварэла. Света таксама дастаткова лёгка.

Как рассказывает подруга, Светлана много с кем переписывается, но в основном с друзьями и родственниками.

— Напэўна, і незнаёмыя людзі пішуць. Але яна нічога такога не расказвала. Ведаеце, людзі ў асноўным пішуць тым, каго зараз узялі. А іх забралі ўжо даўно, і пра Свету не так ужо шмат успамінаюць, — говорит Вера Голубович. — Вось яшчэ з яе ліста: «Мне наконец прорвалось сквозь почтовый коллапс письмо моей крестницы из Австралии. Там уже почти лето. Невероятной красоты закаты на побережье океана. Написала, как она в парке встретила трогательное утиное семейство — папа-утка, мама-утка и одиннадцать крохотных смешных утят. Может, пришлет фото утят и закатов». Але фота, мабыць, нельга. Света любіць катоў. І ў яе ёсць кот дома, мама зараз яго глядзіць. Яго сфатаграфавалі, а потым проста на паперы фота раздрукавалі. І гэта Света атрымала. Паштоўкі туды даходзяць. І яна ў атаварцы, мабыць, купляе паштоўкі. Апошні ліст ад яе прыйшоў на прыгожай паперы з кветкамі.

Но, к примеру, рисунок, который Светлана отправила маме, не дошел.

— Нейкі час у яе ў камеры сядзелі студэнткі. Там жа перыядычна праходзіць нейкая колькасць студэнтак праз ізалятар КДБ. І адна з іх добра малявала, — рассказывает подруга Светланы. — Яна намалявала партрэт Светы. І пакінула б яна яго сабе, пасля б выйшла з ім. А яна ўзяла і адправіла яго маме. Таццяна Мікалаеўна ліст атрымала, а партрэт дасталі і выкінулі. Ён не дайшоў. Вельмі шкада.

На условия содержания, как говорит подруга Светланы, она не жаловалась, пишет, что все удобства уже имеются.

— «Мне написала одна подруга, что ее больше всего поразила история с ведром. И это в XXI веке, в столице европейского государства. Но теперь у нас все удобства, хоть и без горячей воды», — снова зачитывает отрывок из письма собеседница. — Света расказала пра пакой без туалета. Яна пастаянна камеру называе пакоем, праўда, у двукоссі. Цяпер камера ў іх з туалетам. А то сядзелі ўсе жанчыны плюс-мінус 60 гадоў у камеры без туалета. Я думала, што яны стукалі і прасіліся, іх вадзілі. А потым зразумела з гэтага ліста, пры чым тут вядро. «Вот сегодня сходили в душ вместо понедельника, поужинали, теперь пишем с девочками. Так хорошо!» У душ водзяць адзін раз на тыдзень — па панядзелках.

А еще не так давно из удобств у Светланы появился телевизор.

— Некалькі месяцаў яна сядзела ў «адзіночцы», а пасля ўжо сталі ў розныя камеры пераводзіць. І ў адной камеры ў кагосьці быў тэлевізар, — поясняет собеседница. — Там гэта вялікая рэч, нават калі толькі БТ паказваюць. Яна напісала, што «и БТ можно смотреть с умом». А цяпер у яе свой. І калі пераводзяць у іншую камеру, яна яго забірае з сабой. Да адбоя можна глядзець.

Друзья Светланы делятся в социальных сетях присланными им стихами

Еще Светлана первые месяцы в заключении писала стихи, отправляла их подруге и просила публиковать на своей странице в фейсбуке.

— Я публікавала. А зараз яна не піша. Толькі пакуль у «адзіночцы» сядзела, пісала. Цяпер няма цішыні. Пісала: «Уяві купэ цягніка, прыкладна вось так там». Ды і іншы настрой, — говорит Вера Голубович. — І яшчэ некалькі ўрыўкаў з лістоў, гэта са старога: «Знаю, что Леня (Леонид Голубович. — Прим. ред.), Светлана Александровна (Алексиевич. — Прим. ред.), Владимир Орлов и Сергей Законников хотели за меня поручиться. То есть поручились. Очень была тронута. Пусть Леня передаст от меня большое спасибо. Потом я поблагодарю лично. И прочитаю их книги. К сожалению, сейчас новости плохие, но я верю, что справедливость восторжествует». І яшчэ: «"Тюрьма — это самый тяжелый период в жизни каждого. И очень насыщенный эмоционально, своеобразный триумф духа, личности, граничащий с постоянным риском отчаяния. Знаю, что это испытание сделает меня немного лучше. Но самое главное — наполнит мое сердце любовью безграничной». Этот отрывок написала мне родная тетя Эдуарда из его письма". Яна перапісваецца з сястрой Віктара Бабарыкі. Бачыце, Святлана ў гэтай сям'і свой чалавек і сядзіць за сяброўства з Бабарыкам.

-15%
-15%
-30%
-20%
-15%
-15%
-20%
0070859